Книга Танец теней, страница 370 – Гурав Моханти

Вам только и надо было выполнить свою часть работы, идиоты! Каюта с левой стороны!

Сокарро развернулась и яростно уставилась на Мати. За окном, болтаясь вниз головой, висела рыжеволосая царевна, неловко маша зрителям рукой.

Вахура и сама не могла поверить, что она отважилась помахать Мати и Сокарро. Это, безусловно, было самой глупой вещью, которую она только могла совершить. Ну или вторая по глупости. Первая была, когда она стояла, вытянувшись во весь рост, на роге, демонстрируя рыцарю притворную беспечность и браваду. И это стоило высокой цены. В мгновение ока ее сердце, желудок и ночное небо резко перевернулись, она поскользнулась, поехала в сторону и почувствовала, как дерево под ногами сменяется на пустой воздух. Она безумно замахала руками, зацепилась за что-то ботинком, но уже через миг обнаружила, что летит головой вперед за борт корабля. На одно яркое мгновение она решила, что, возможно, сможет остановить падение, ухватившись за борт корабля, но это было легче сказать, чем сделать. Она ударилась животом, захлебнулась воздухом и, разжав руки, соскользнула вниз.

Наконец удерживающая ее веревка решила натянуться, и борт корабля рванул ей навстречу – слишком уж радостно. Вахура незакрепленным маятником качнулась вперед, поджав колени, чтобы смягчить удар. Это почти сработало, но лицом она ударилась о какой-то иллюминатор – и мокрое стекло тут же стало очень липким. Кожа щеки заскрипела о стекло, медленно, с резкими, громкими паузами – так ревет осел – она прижалась ладонью к окну, но алмазное сверло уже выскользнуло из ее пальцев – она понятия не имела когда.

И вот так, ненадежно зависнув в воздухе, чувствуя, как у нее колотится сердце и ноет живот, Вахура увидела, что ее распущенные волосы почти касаются залитых лунным светом рельсов. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и осознать, что с противоположной стороны иллюминатора кто-то отдернул штору и сейчас перед нею стоит и смотрит со столь присущим ей недружелюбием столь знакомая ей обнаженная ракшаска. Для того чтобы понять, что она оказалась не на той стороне корабля, времени понадобилось гораздо больше. Вдоль борта земного корабля проходило множество иллюминаторов – и она могла разбить лицо о любой из них, но нет, она, чтобы упасть, выбрала именно ту комнату, где Мати работала над нейтрализацией Сокарро. Каким образом нейтрализация была связана с обнаженностью, она так и не поняла – в прочтенных книгах не было на это ответа. Ущипнуть себя, пока она висела вверх ногами, Вахура не могла, так что, когда из-за спины Соккаро на нее уставилась разгневанная перевернутая Мати, Вахура, несмотря на прилив крови к мозгу, помахала рукой. Как идиотка.

Вахура медленно начала переворачиваться в вертикальное положение, чтобы, по крайней мере, если уж ей суждено висеть, то пусть это выглядит достойно, и вдруг почувствовала, что ее веревка дергается. О, хорошо. Дантавакра тянул ее назад. Значит, обнаженную Соккаро можно было оставить на попечение Мати. Она уже начала успокаиваться, когда ветер донес до нее скрытый за шумом дождя голос:

— Держитесь, я иду!

— Нет, идиот! Мы тогда не сможем подняться обратно! Потяни меня! Потяни меня!

Ветер, злобно зарычав, проглотил ее слова. И спустя удар сердца Дантавакра с грохотом ударился о борт земного корабля примерно в футе над ней.