Книга Танец теней, страница 165 – Гурав Моханти

— Мой мир просто… – Такша знаками изобразил взрыв.

— Исчез, – подсказала ему Масха.

— Да. – Такша улыбнулся, обнажив клыки. – Я покинул Патаал Лок. Приплыл в ваш мир в поисках помощи. И обнаружил, что попал в клетку, где… О! В моей жизни был… Как ты сказала Масха? Великий…

— Злодей.

— Точно, великий злодей – работорговец, который каждый сезон заживо сдирал с меня кожу раскаленными ножами, стоило ему только дождаться, как отрастет чешуя. Он делал это полдесятилетия, но… Аджат убила его.

— С ее стороны было бессердечно отказать тебе в этом удовольствии, – запротестовала Нала.

– Тогда мы не знали друг друга,– пожал плечами Такша, переходя на язык Знаков, устав терять мысли при переводе. Когда ты говоришь от самого сердца, больно осознавать, что вы принадлежите разным мирам.– Я даже не могу плакать, потому что не убил его сам, потому что не смог бы уничтожить его настолько должным образом, как это сделала Аджат. Это была настоящая… власть над убийством! Так что да, для большинства моя жизнь бессмысленна, – Такша перешел на санскрит, – если только не сбудется обещание Вьяса, и в мой мир не придет тепло, и я не спасу будущее моей цивилизации в мойри о моей матери… э-э… мойри – это память.

— Видишь, теперь тебе тоже есть чего ждать, и, в отличие от меня, вы оба способны оплакать свою семью, потому что вы их помните, – сказала Масха. – А единственное, что я помню о своем отце, – это то, что его сожгли после того, как завершили работу осколками стекла, – она указала на карту шрамов на своем лице, – чтобы пробудить мои силы. Остаток моей жизни прошел под действием наркотиков. Я мало что помню обо всем этом. Однажды я просто проснулась и обнаружила, что я Матрона.

— Девочка среди старых ведьм, – подмигнула ей Нала.

Масха скорчила Нале рожицу.

— Да, у меня не было детства, но мне по-своему повезло. Ведь я нашла вас. Верно? – Глаза Масхи заблестели от слез. – Я помогаю спасать людей. И разве моя история не заслуживает джалеби?

— А как же твой учитель, Паршурам?.. – спросил Такша, громко потягиваясь, чтобы скрыть собственные слезы.

— Прости, – напряглась Нала, – ты думаешь, Паршурам заслуживает джалеби? Бессмертный убийца?

— Судя по тому, что мне сказал Вьяс, – сказал Такша, – он заслуживает того, чтобы сыграть с нами. Его отец в ярости убил братьев Паршурама, приказал убить его мать, а потом, ошеломленный… – Такша замолчал, уставившись на Масху и Налу – обе они выглядели столь же потрясенно, как Вьяс, когда откусил от гнилого желудя. – Вы этого не знали, да? Похоже, я никогда не научусь молчать.

— Похоже, никто не может выиграть в игре страданий, – наконец выдавила Масха.

— Похоже на то, – серьезно согласилась с ней Нала. – Мир полон слез.

— Отлично! Значит, джалеби мое! – хмыкнула Масха и откусила огромный кусок сладости. – Что? У нас же ничья.

— Ты же говоришь, что у тебя не было детства. Ну, понятно, ты соврала! Оно сейчас у тебя есть! – Нала сердито глянула на Масху и бросила взгляд на Такшу, ища у него поддержки: – Я рада, что ты теперь рядом. Теперь она будет доставать своей ерундой тебя!

— Рад услужить, – сказал Такша, к вящему неудовольствию Масхи.

— Видишь! – прощебетала она. – Я же говорила, что, когда Такша рядом, он очень приятен и полезен. И втроем мы обязательно поможем Паршураму прикончить Сына Тьмы.