Книга Тирания веры, страница 107 – Ричард Суон

— Нет, – сказал сэр Радомир, вставая и вытаскивая из ножен сованский короткий меч. – Он прав. Я устал слушать его болтовню.

Дубайн и сэр Радомир вышли из паба на улицу, и я ощутила себя совершенно беспомощной. В Сове дуэли были запрещены, и приставам грозило наказание. Но в тот миг это заботило меня меньше всего. Я думала: что, если один из них убьет другого? Точнее, так: что, если Брессинджер убьет сэра Радомира? Я не сомневалась, что шериф сейчас погибнет, ведь даже без руки Дубайн оставался гораздо более умелым фехтовальщиком, чем сэр Радомир.

Никакие крики не могли им помешать. Я толкала их, била и кричала, чем привлекла к этому нелепому зрелищу чересчур много внимания, но то, что нас заметили, в конце концов оказалось к лучшему. Когда Дубайн и сэр Радомир начали снимать верхнюю одежду, раздался знакомый голос:

— Князь Преисподней! – прогремел Вонвальт, грубо протолкнувшись плечом через столпившихся вокруг зевак. Несмотря на то что шериф и пристав были пьяны, а их кровь кипела, даже они поняли, что все кончено.

Оба устало, разочарованно вложили свои мечи в ножны. Выкрики, доносившиеся из только что собравшейся толпы, стихли, и все внезапно нашли чем себя занять. Вонвальт с застывшей на лице маской ярости подошел к незадачливым дуэлянтам.

— Вы – взрослые люди, блюстители закона и агенты треклятой короны, – прошипел он. – Драться на дуэли, или что вы там, два болвана, собрались делать, – это преступление. Вы служите мне. Вы хотя бы на миг задумались, в какое положение вы меня поставите?

Брессинджер и сэр Радомир опустили головы, как провинившиеся мальчишки.

— Все, кто служит мне, знают, как я ценю вас обоих. Я не должен тратить время на то, чтобы умасливать ваши самолюбия. Клянусь Матерью-Богиней, неужели вы совсем не понимаете, с чем мы имеем дело? Что у нас нет времени на истерики?

— Я сожалею, сэр Конр…

— Перед Казиваром будете извиняться! – рявкнул Вонвальт. – У нас есть работа. А теперь идите за мной!

«Преступную деятельность редко можно описать лишь как сумму ее составных частей. Мудрому Правосудию не мешало бы помнить, что запутанные дела приводят к запутанным результатам».

МАГИСТР ЭММАНУЭЛЬ КЕЙН

Мы не вернулись ни во дворец префекта, ни в Великую Ложу. Вместо этого Вонвальт вывел нас из города.

Лишь благодаря его титулу лорда-префекта мы смогли пройти через врата Волка в разумные сроки. Очередь у врат все еще была огромной, поскольку имперские гвардейцы и городские стражники продолжали обыскивать каждого входящего и выходящего, дабы найти хоть какой-то след княжича Камиля. Теперь подобные действия казались бессмысленными, но многие, включая Вонвальта, не верили, что княжич действительно погиб. Сама я готовилась к худшему исходу, но моих мыслей на этот счет никто не спрашивал, и пока вера в то, что мальчик жив, сохранялась, его поиски продолжались.

Мы вышли из врат Волка и повернули налево. Над нами возвышалась гигантская стена, за которой осталась Вершина Префектов. Подступы к стене были застроены так же плотно, как и сам город, а район, куда мы пришли, был целиком отдан под огромные склады. В них хранились почти все товары, что поступали в город, и привозили их сюда с северо-запада по широкой и глубокой, как океан, реке Саубер.