Книга Алые небеса. Книга 1, страница 39 – Чжон Ынгволь

— Дело не в моем упрямстве. У тебя и так температура высокая, еще коньки отбросишь! Ты сам сказал, что был без сознания два дня. Два дня! Ты представляешь, какое настроение было во дворце все это время? Еще хуже то, что на крыше ванской резиденции ухала сова. В ту ночь, когда ты исчез!

Ха Рам сдался. Не потому, что его убедил Ли Ён, а потому, что его трясло и лихорадило. Мансу и принц совместными усилиями помогли ему забраться в паланкин.

— Тебе нужно как можно скорее вернуться во дворец и объявить, что с тобой все в порядке. Но идти туда больным тоже не вариант, так что пока пойдешь к себе домой. Остальное предоставь мне.

Сказав это внутрь паланкина, принц повернулся к Мансу и прошептал:

— Если по дороге встретишь фонарь – сожги в нем сначала манжеты. Только когда убедишься, что от одежды не осталось ни следа, уходи.

Мальчишка едва кивнул, продолжая беззвучно плакать. Его лицо опухло.

— А сейчас слушай меня. Как только вернетесь домой, тщательно осмотри господина Ха. Хорошо, если надпись была только на одежде, но если и над его телом поиздевались…

Не успел он закончить, как Мансу, после глубоких раздумий, вновь расплакался. Принц поморщился и заткнул одно ухо.

— Боже, мои уши!

— Я упустил его… – хныкал мальчик, – я должен был идти за ним до конца… Это все моя вина! Господин Ха не сделал ничего плохого!.. Прошу, убейте меня…

— Что за глупости? Если в будущем придется просить меня об одолжении, лучше умоляй о пощаде, чем о смерти. Тогда я подумаю.

— Ваше высочество принц Анпхён, я должен вам кое-что сказать…

Ха Рам открыл дверь паланкина, чтобы заговорить, но Ли Ён был быстрее и закрыл ее.

— Оставайся на месте, Рам.

— Нет, дело в том, что…

— Но-но! Сказал же, сиди там!

Юноша неловко сгорбился среди длинных мечей. Очевидно, этот паланкин предназначался не для перевозки людей, а для того, чтобы прятать в нем оружие. Но принц все не позволял ему задавать вопросы.

Ли Ён протянул руку прислуге:

— Принеси мне одежду.

— Что? Ах… Боюсь, я не взял с собой запасные вещи.

— Нет, сними свою и отдай мне.

— А мне как быть?..

— На бегу согреешься.

Слуга прищурился и, отведя взгляд в сторону, отдал одежду принцу. Тот надел ее и сказал:

— Ступай во дворец и передай им, что нашел картину Ан Гёна. Попроси пригласить врача, но больше ничего не рассказывай.

— А вы, ваше высочество? Не пойдете во дворец?

— Мне нужно проверить дорогу, по которой Рам сюда пришел.

— В одиночку? Но это опасно, возьмите меня с собой!

— Так легко одет, а все хочешь пойти? Не волнуйся, ничего со мной не станется.

— Вы не можете быть до конца уверены. В такой ситуации шутки плохи…

Принц забрал поводья лошади из его рук, несмотря на все уговоры.

— У тебя задача поважнее моей. Злоумышленник скрылся еще до того, как Рам проснулся. Если я пойду туда прямо сейчас, в доме, скорее всего, никого не будет… Но если преступник все еще там, это ужасная глупость.

Ли Ён думал, что чиновника Ха освободили специально: будучи слепым, он не мог увидеть красной надписи на своей одежде и стал бы бродить так по городу, проходя бесчисленное количество улиц, а потом попал бы во дворец Кёнбоккун. На его пути многие успели бы заметить эти иероглифы. Вероятно, так и было задумано теми, кто его похитил. Если бы принц не отправился на его поиски, если бы Ха Рам сбился с пути и все пошло по плану преступника, то эти ярко-красные символы на одежде чиновника несомненно вызвали бы бурю негодования у королевского двора.