Книга Алые небеса. Книга 1, страница 150 – Чжон Ынгволь

— А дайте и нам поближе рассмотреть!

Художники, оттолкнув Чхве и Хон, забрали их рисунки и начали передавать друг другу. Авторы работ посмотрели друг на друга.

— Я тоже не знаю, как выгляжу, но доверяю твоим портретам, – произнесла Чхонги. – Всегда.

— Тебе, кстати, несказанно везет. Знаешь хоть, сколько стоят мои картины?

— Еще раз откроешь рот – и тебе конец.

Вонхо подошел к юноше. Чхве Гён тут же вскочил и поклонился ему.

— Извините! Мне стоило сначала поздороваться с вами, но эта блошка схватила меня за воротник…

— Мне понравилась твоя работа, – наставник с гордым выражением лица погладил его правую руку, – только не трудись на износ. Твой талант слишком ценен, чтобы выменять его на чиновничий ранг.

— А какой в этом толк? – опустив голову, тихо начал Чхве. – Все равно картина чиновника низкого ранга ничего не стоит.

— Знатный художник или непонятно кто – их картины совсем ничего не стоят, – он взял художника за руку и продолжил, – только люди различают, кто благороден, а кто нет. Не бог.

Потом наставник взял за руку и Чхонги:

— Светлячок… Гён… Если вы поженитесь…

Прежде чем он успел закончить мысль, оба одновременно отдернули руки и отвернулись друг от друга.

— …Если вы поженитесь и родите ребенка, то он будет настоящим гением среди гениев! Я хочу его увидеть. Рисунок, который создаст одареннейший в мире художник…

— Эй! – Девушка пнула Чхве Гёна по ноге. – Давай-ка оставим учителя, а то он не в своем уме. Лучше пойдем куда-нибудь вместе.

— Я с уродинами не общаюсь.

— Я надену накидку! Тогда ты со мной пойдешь?

— А вот и нетушки!

— Хочешь, чтобы тебя отсюда за шкирку вытянули, или все-таки пойдешь добровольно?..

— Ладно-ладно! Пойдем. А куда?

— Скоро узнаешь.

Даже после того как двое вышли из мастерской, Вонхо продолжал рассуждать:

— Быть гением – это тоже черта характера. Похоже, это передается из поколения в поколение… Родословная играет такую важную роль. Если они поженятся – их род покорит весь Чосон. А может, не только Чосон, но и Китай… Я их во всем поддержу. Да, поддержу, еще и детишек как своих воспитаю… Если так станется…

Принцу бы прыгать от радости: к нему наконец пришла Чхонги, да и сам Чхве Гён тоже здесь. При других обстоятельствах Ли Ён был бы уже на седьмом небе от счастья, но они прибыли в это место вдвоем. Казалось бы, восторг должен помножиться на два, но все случилось ровно наоборот: принц, сидевший посередине между ними двумя, все продолжал дуться.

— Эй, блоха… то есть художница Хон. Я понял, зачем ты просила меня пойти с тобой.

Что? Так она сама попросила его пойти вместе? Ли Ён покосился на Чхве Гёна. Ну… Выглядит неплохо. Но рисует он явно лучше, чем выглядит… Ах! Принц взглянул на свой свиток, висевший в углу. Какое облегчение. Хорошо, что он в последнюю минуту поменял его на обычный каллиграфический текст. Пока он на некоторое время застрял в собственных мыслях, художники подошли ближе к сансухва Кима Мунуна и уселись рядом, упершись друг в друга коленями. Ли Ён отсел назад, чтобы видеть их затылки. Ах, как одиноко…

— Ну что, пес блохастый? Что думаешь?

— Чем-то похоже на твои картины.

— Мне кажется, я видела это полотно в детстве. Это было давно, но я до сих пор хорошо это помню. Может, именно поэтому мои работы пропитаны чем-то похожим?