Книга Орден Разбитого глаза, страница 310 – Брент Уикс

Завизжав, Тизис швырнула в него подушкой. Подушкой!

— Гринвуди, – проговорил Кип, не оборачиваясь, но почему-то не сомневаясь, что тот стоит за его спиной, – если ты, сальный червяк, тронешь меня хоть пальцем, я тебя убью. Всегда думай прежде, чем пытаться поднять руку на Гайла, сколько бы в нем ни было ворвани.

Кип набрал в себя красного и желтого – цветов в помещении было предостаточно – и позволил им проявиться под кожей лица и шеи, красочными завитками стечь в руки. Это был магический эквивалент взведенного курка.

Раб не прикоснулся к нему.

Андросс Гайл поднялся с кровати – абсолютно невозмутимый. Паук взял в нем верх. Кип почему-то не сомневался, что будет ошибкой считать его менее опасным лишь потому, что он не кричит. Собственная нагота, по всей видимости, старика не смущала. «Ну хоть кого-то…»

— Хватит, – произнес Андросс.

— Хватит?! – взвилась Тизис. – Хватит?!

Сохраняя безучастное лицо, он отвесил девушке оплеуху.

Для Тизис это было полной неожиданностью. Большая мясистая ладонь Андросса пришлась на место сочленения нижней челюсти и шеи. Голова девушки мотнулась вбок, и она как подкошенная рухнула на толстый ковер, даже не попытавшись подставить руки. Она была без сознания. На какое-то мгновение Кип испугался, что она мертва.

Очевидно, Андросс разделял его беспокойство. Наклонившись над упавшей, он принялся тыкать пальцами ей в шею; потом, удовлетворенный осмотром, снова выпрямился.

— Получилось немного сильнее, чем я ожидал, – объяснил он. – Гринвуди, убери нож. Подай мой халат, а затем позаботься о леди Маларгос. Она весьма стеснительна, поэтому накрой ее чем-нибудь, прежде чем прибегнуть к нюхательным солям.

Не дожидаясь, пока Гринвуди накинет халат на его голые плечи, промахос повернулся к Кипу:

— Итак, ты получил мою записку. Я не ждал тебя так быстро, думал, ты будешь какое-то время дуться. Идем, сядем в гостиной.

* * *

Кип проследовал за ним в самую просторную комнату апартаментов, где они так часто играли в «девять королей». «Как будто ничего не произошло!»

— То есть вы даже не пытаетесь это отрицать? – недоверчиво спросил Кип. – Вы разгромили мою комнату, залили мочой мою постель… украли мои деньги…

— Ну, я не лично этим занимался. Бренди?

— Не хочу я вашего дурацкого бренди!

— Очень жаль. – Андросс все же наполнил два бокала и поставил один перед Кипом. Он уселся в свое кресло и жестом велел Кипу сесть напротив. – Хотя люди чаще всего лишь делают вид, будто разбираются в спиртных напитках, знание этих тонкостей чрезвычайно важно. Люди уважают тех, кто знает больше их самих о любых мелочах, если эти мелочи дорого стоят. Больше всего это относится к алкоголю.

— Вот какая штука, – начал Кип. (В последнее время он часто начинал свою речь со слов «вот какая штука». Это его раздражало. Почему сразу не сказать то, что ты хочешь?) – Вот какая штука… – (Проклятие, еще и повторил!) – Меня не удивляет, что вы решили испохабить мою комнату – до этого вы уже пытались меня убить, так что, насколько я понимаю, для вас приемлемы любые методы. Меня даже не удивляет, что вы не отрицаете, что это ваших рук дело. Я знаю, вы любите смотреть, как люди дергаются. Видимо, когда вы сидели взаперти в этой комнате, превращаясь в выцветка, вам было нужно, чтобы люди приходили к вам, чтобы вам не приходилось получать всю информацию из вторых или третьих рук. И вы приучились держаться заметно, потому что только так могли получать удовольствие от того, что еще имеете какую-то власть в этом мире. Все это мне понятно, – продолжал Кип. – Вы – жалкий затворник, которого внезапно выпустили из затвора, и у вас пока не очень получается привыкнуть к новому положению.