Книга Мастер Темного Пути. Том 1, страница 93 – Мосян Тунсю

От страха у Вэй Усяня едва душа в пятки не ушла. Перед ним неожиданно встала во весь рост белая тень, полная достоинства и изящества, – и он тут же истошно завопил:

— Лань Чжань, спаси меня!

Цзинь Лин как раз преследовал его, когда увидел Лань Ванцзи. Побледнев от ужаса, юноша воскликнул про себя: «Да почему этот чокнутый снова вместе с ним?!» По натуре Лань Ванцзи был человеком серьёзным, никогда не смеялся и не болтал попусту. Даже среди совершенствующихся того же возраста и положения многие при виде его содрогались от страха, что уж говорить о младшем поколении. По силе устрашения Лань Ванцзи не только сравнялся с Лань Цижэнем в его лучшие годы, но даже превзошёл наставника.

Собака имела духовную природу и оказалась весьма строго воспитана. Она будто поняла, что в присутствии человека в белом безобразничать не стоит, поэтому взвыла пару раз и, поджав хвост, спряталась за спиной Цзинь Лина.

Духовный зверь принадлежал к редкой породе и был подарком Цзинь Лину от Цзинь Гуанъяо. Обычно простые люди, услышав, что это подарок от Ляньфан-цзуня, не осмеливались относиться к собаке с пренебрежением. Вот только Лань Ванцзи простым человеком не был. Неважно, кто подарил пса или спустил его с цепи: если нарушителя следовало усмирить, значит, его следовало усмирить и наказать по всей строгости. Цзинь Лин науськал собаку, чтобы та гонялась за людьми на улице, на чём его и поймал Лань Ванцзи. Сердце юноши чуть не остановилось, и он в ужасе думал: «Всё, конец! Он точно убьёт духовного зверя, которого я с таким трудом обучил! А потом в довесок устроит воспитательную взбучку!»

Кто же знал, что Вэй Усянь вдруг нырнёт под руку Лань Ванцзи и прижмётся к его спине? Казалось, он хотел вскарабкаться по непоколебимой, прямой фигуре на самое небо. А стоило ему обвить Лань Ванцзи обеими руками, как тот замер. Воспользовавшись этим, Цзинь Лин ещё пару раз коротко свистнул и вместе с собакой поспешил сделать ноги.

Сидевший на земле шарлатан из последних сил поднялся и с опаской посетовал:

— Что за падение нравов! Чем дальше, тем больше! Ну и детишки растут в именитых семьях – ужас, просто ужас!

Собачий лай быстро удалялся и вскоре затих окончательно.

Вэй Усянь вышел из-за спины Лань Ванцзи, как ни в чём не бывало заложил руки за спину и согласился:

— Верно-верно: какое падение нравов, куда катится мир! Ныне люди совсем не такие, как в старые добрые времена.

Теперь шарлатан взирал на него как на своего благодетеля. Поддакивая без устали, он перебросил стопку «усмиряющих зло портретов Старейшины Илина» прямо в руки Вэй Усяню, точно горячую картошку.

— Спасибо, дорогой друг! Считай, это тебе от меня в знак благодарности. Можешь распродать по дешёвке. Даже если запросишь три монеты за штуку, выручишь три сотни за всё.

Лань Ванцзи окинул взглядом портрет синемордого клыкастого громилы, но от замечаний тактично воздержался. Вэй Усянь, видя, что неуклонно падает в цене, не знал, плакать ему или смеяться.

— Тоже мне, знак благодарности! Если и правда не хочешь оставаться в долгу, нарисуй его так, чтоб радовал глаз!.. Эй, постой-ка, не уходи: я хочу ещё кое о чём узнать. Ты слышал о каких-нибудь необычных происшествиях, пока здесь торговал? Или, может, сам видел?

— Необычных происшествиях? – переспросил шарлатан. – Ты обратился к кому надо! Этот ничтожный крутится тут круглый год; люди прозвали меня Всезнайкой из Цинхэ. Что именно интересует?