Книга Вероломный бог, страница 145 – Кэмерон Джонстон

Передний ряд толпы повалился наземь, что-то взорвалось у них внутри.

Улыбаки не побежали. Выражали ли они таким образом верность Чарре и Лайле или здесь была их территория, но они сомкнули ряды позади нас, держа наготове ножи.

Пульсирующая волна ярости катилась лесным пожаром, и, как я ни старался сдерживать ее, в меня проникали эмоции.

Я распахнул Дар как можно шире. Он восстанавливался поразительно быстро. Блаженная сила и боль пронеслись сквозь меня и обрушились на наступающую толпу. Я вламывался в их сознание и рвал на части одно за другим. Люди падали ничком на булыжники, слепые, пускающие слюни, а у меня внутри нарастал и рвался наружу дикий хохот. До нас добрались только двое, и ножи Улыбак быстро расправились с ними.

Я ухмыльнулся. Это было так легко. Вот такое наслаждение собственной силой испытывают старшие маги? Оно великолепно. Внезапный ужас помог мне вынырнуть из упоительного потока силы и загнать смех обратно в глотку, где он встретился с подступающей паникой и отвращением к сотворенному мной кошмару.

У меня внутри ждала своего часа страшная, чудовищная сила. Нельзя позволять Червю магии снова захватить бразды правления, чего бы это ни стоило. Я взглянул на Улыбак, они опасливо отступили подальше. Если потеряю контроль, я завладею их разумом, и они станут навеки моими. Теперь я точно знал, каково это, быть тираном. Больно признавать, что Арканум был прав, опасаясь меня.

Киллиан переступила через валяющееся тело, и мы двинулись на внезапно затихшую толпу перед заведением Чарры – паразитов, явившихся сюда ради грабежа, насилия или первобытной радости разрушения. Эти гниды только что осознали, что напали на магов.

Улыбаки следовали за нами, не решаясь подойти слишком близко. Роша выглядела так, будто ее вот-вот стошнит, и старалась не попадаться нам на глаза.

Я остановился и обвел взглядом мерзавцев, словно жнец, спокойно осматривающий пшеничное поле. Столкнувшись с такой массой гнусности, я с огромным трудом сохранял спокойствие. Если бы я уже не чувствовал отвращение к тому, что только что сделал, то убил бы и остальных.

— Убирайтесь, – приказал я. – Или я убью вас всех.

Толпа рассыпалась, как стая испуганных воробьев, горящие двери заведения Чарры распахнулись, и оттуда вывалилась вооруженная группа в доспехах во главе с Лайлой. Она пошла к нам в сопровождении Гранта и Невина, оба волосатых горца были окровавлены и избиты. Одежда Лайлы тоже была в крови, но, скорее всего, в чужой.

— Где моя мать? – спросила она, не обращая внимания на дергающиеся безмозглые тела позади меня.

— Она в безопасности. Ее удерживает Арканум, но я ее верну.

Нас окутало густым дымом, стало темно как ночью.

На меня внезапно обрушилось понимание. Идиот. Проклятый кретин! Волнуясь за Киллиан и Лайлу, я позабыл о вопросе жизни и смерти. Я был весь в поту и крови и только что использовал столько магии, что почувствовал бы любой дурак… или любой демон. Я толкнул Киллиан в руки Лайлы.

— Доставь ее в Арканум живой, а я верну твою мать.

Киллиан задохнулась:

— Эдрин, что…

Я не стал слушать и помчался прочь как можно быстрее, напрягая измученные мышцы. Нехорошее чувство в животе и проблеск светящихся зеленых глаз в дыму предупредили, что моя глупость не прошла даром.