Книга Вероломный бог, страница 112 – Кэмерон Джонстон

— Ладно. Я отвечу на любые твои вопросы. Только сними эти кандалы и отведи к ней.

В голове запульсировало, я весь горел, наконец-то пришла боль, чтобы выбить мою дверь и бросить внутрь пылающую масляную лампу. Киллиан выбрала идеальное время для визита. Вряд ли это совпадение.

Она подняла палец:

— Не так быстро. Сначала ответы, потом твоя подружка. Никаких переговоров, никакой возможности выкрутиться. Вот так все будет, если не хочешь провести остаток жизни в цепях.

У нее были все козыри, и она знала об этом. То есть все, кроме одного.

— Хорош болтать. Отведи меня к Чарре, и я расскажу, что делал в Костнице, или что там еще ты хочешь знать.

Она вздохнула:

— Хотя бы раз не усложняй себе жизнь. Ты увидишь ее только после того, как я буду удовлетворена твоими ответами.

Я облизал сухие, потрескавшиеся губы.

— Киллиан, греба… боги знают, что у тебя нет причин доверять мне, но сейчас не время изгаляться. Тебе нужно это знать, и нужно разобраться с этим прямо сейчас. Дай мне увидеться с ней.

Она покачала головой и собралась уходить.

— Так пусть это падет на твою голову, Киллиан. Иди, открой дверь, если действительно не хочешь знать, что за чудовище растет прямо у тебя под ногами, жуткое порождение кровавой магии, которое спустят с поводка уже завтра.

Ее рука неподвижно легла на засов.

— Ладно. Но если ты зря потратишь мое время, то останешься в кандалах. Как и твоя подружка.

Она повернулась ко мне, глаза были холодные и расчетливые, как у политика, каковым она теперь и являлась.

Было трудно сосредоточиться, преодолевая боль: Дар и мышцы измучены, кости ноют, синяки пульсируют, раны на ноге и плече горят.

— Можно мне воды?

Я был раздосадован собственной слабостью.

Она взяла со столика кувшин, налила чашку воды и осторожно поднесла к моим губам. В Старом городе вода всегда чистая и кристально прозрачная. Прохладный бальзам успокаивал пересохшее горло и запекшиеся губы.

— Спасибо. – С чего бы начать… – Сколько случаев кровавой магии было за последнее время?

Она поджала губы.

— Дай угадаю: убийство моего друга Линаса Грэнтона не было расследовано должным образом, потому что подобных случаев было куда больше, чем Арканум когда-либо публично признает?

Ее молчание было вполне красноречиво. Я откашлялся и продолжил:

— Я проследил за Живодером до катакомб.

Киллиан недоверчиво посмотрела на меня.

— И как же ты вышел на его след?

Боль отвлекала, голова раскалывалась, и мне было трудно придумывать правдоподобную ложь. Я едва не проболтался, но меньше всего мне хотелось бы опорочить имя Линаса, рассказав ей, что он привозил в Сетарис магическую кровь.

— Потому что на самом деле мне не наплевать на обитателей Доков.

— Такой же сквернослов, как и раньше. – Она пожевала нижнюю губу. – Мне трудно поверить, что ты вернулся бы туда после того, что случилось в прошлом.

По крайней мере, она мне поверила.

— Ради Линаса, Чарры и Лайлы вернулся бы.

Чем раньше это закончится, тем лучше.

— Кто такая Лайла?

Проклятие. Не надо было упоминать их дочь. Если они проведут расследование и заметят, что бумаги о Ковке для Лайлы подделаны, то могут связать все это со сделкой, которую я заключил десять лет назад, чтобы вытащить всех из огня. Я был не в том состоянии, чтобы пытаться обхитрить Киллиан. Она опасно умна и, несомненно, изрядно поднаторела в коварстве, если забралась так высоко за столь короткий срок.