Книга Бог сломленных, страница 121 – Кэмерон Джонстон

— Думаешь, это замедлит их продвижение? – спросил Кормак, когда отошел отлить.

Под задранной к поясу мантией открылись заросшие густыми волосами ноги.

— Немного, – ответил я, представив собственный ужас, если бы столкнулся с подобным. – Видимо, то, что гонит их вперед, гораздо страшнее.

Он хмыкнул, махнул членом на север и опустил мантию.

— Что ж, тогда давай устроим еще больше веселья.

Повсюду на пути врага встали еще более крупные шипы, лес из бритвенно острых осколков высотой почти с человеческий рост, которые изрежут в лоскуты любого, кто попытается втиснуться между ними.

Я предоставил ему делать свое дело и занялся другими задачами. Моя цель – присматривать за тем, чтобы все шло как надо, а не сражаться. Я просто уселся, распахнув Дар пошире, и прочесывал окрестности в поисках чьих-либо мыслей.

Брайден был нашими глазами в небе и лучшей защитой от крылатых демонов, периодически налетающих, чтобы сожрать наши лица и свить гнезда из тел, или что там еще хотят проклятые твари. После того как я заглянул в замерзшую усадьбу, я уже мог предполагать что угодно и получал огромное удовольствие всякий раз, когда Брайден сбивал в небе демона и отправлял на смерть.

Периодически я вставал и предупреждал о приближении врага. Мы быстро собирались и бежали дальше на юг по узкой неровной тропе, где все повторялось. Несколько лучников оставалось, чтобы помешать врагу, и, если повезет, могли уложить в снег хальруна, прежде чем приходилось отступать под градом стрел, а то и магии.

Времени вечно не хватало. У врага был один или несколько геомантов, и хотя они устраняли препятствия медленнее, чем Кормак их возводил, но все равно разрушали самое неприятное из того, что мы оставляли у них на пути, и армия приближалась. Нам доставляло удовольствие слышать далекие вопли боли, когда люди наступали на шипы, и удалось замедлить врагов на целый день, пока они мучительно тащились вперед, а их Одаренные выматывались, особо ничего не достигнув. Конечно, Кормак тоже устал, но ворчливый бородач с честью это выдерживал и на следующий день был как огурчик.

В сумерках я начал пылко спорить с Эвой. Она сбросила тяжелые доспехи, с головы до ног облачилась в мягкую белоснежную ткань и была полна решимости под покровом темноты идти в одиночку, чтобы убить как можно больше их вождей.

Мне это показалось страшной глупостью, о чем я и сказал напрямик, без своего обычного обаяния. В конце концов ей надоело мое ворчание, и она собралась уходить, пришлось схватить ее за руку и остановить. По крайней мере, попытаться. С таким же успехом я мог бы остановить упряжку разъяренных быков. Эва потащила меня за собой, ничуть не сбавив хода.

Но я ее не отпускал.

— Я тебе не позволю.

Она остановилась и двумя пальцами сбросила мою руку. Два ее пальца были сильнее, чем вся моя рука. Я поморщился от боли.

— Они в двух днях пути от нашего лагеря. А нам надо как минимум три, чтобы дождаться подкрепления. Я должна обеспечить этот дополнительный день. Или ты еще что-то придумал?

Я покачал головой:

— Нет. Но если ты останешься в живых, уже неплохо для начала.

— Я пришла сюда, зная, что пожертвую собой при необходимости.

— Конечно, но я тебе не позволю. Не забывай, здесь командую я.

Она фыркнула и изучила меня единственным глазом из-под маски.