Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 188 – Елизавета Дворецкая

На другой день, когда служанки привели в порядок платье, Рагнхильд появилась в теплом покое. Все трое знатных мужчин – Эйстейн, Сигтрюгг и Хельсинг – при ее появлении замерли. Сейчас это была не та утомленная путешествием, похожая на озябшего воробья девушка в мокром плаще. Отдохнув и придя в себя, Рагнхильд обрела привычное достоинство. На ней было платье из тонкой шерсти цвета ореха и красный хегерок с золочеными застежками на груди. Рыжие волосы вымыли, расчесали, заплели в две косички по сторонам лица, а остальная часть свободно спускалась по спине. Рагнхильд выглядела языком пламени – ровным, источающим тепло. На щеки ее вернулся румянец, в глазах светился ум. Она приветливо улыбнулась просиявшему Сигтрюггу – сейчас он подумал, что, пожалуй, вчера ее недооценил и Хельсинг оказал ему важную услугу, привезя эту невесту.

Даже Эйстейн просветлел лицом и вышел к ней навстречу, признавая дочь Харальда Золотой Бороды за почетную гостью и будущую родственницу. Все стали наперебой спрашивать, хорошо ли она устроена и не нуждается ли еще в чем-нибудь. Рагнхильд и Дагрун усадили за женский стол, где ела Оддвёр, мужчины вернулись к своим разговорам, хоть и посматривали на нее то и дело. Рагнхильд ждала, что заговорят о свадьбе, но вскоре снова услышала имя Хальвдана Черного и встрепенулась.

О Хальвдане Черном Рагнхильд все эти дни старалась не думать, гнала воспоминания о нем, но его оживленное лицо то и дело вставало перед ней. Казалось бы, дерзкий юнец, почти мальчишка, что о нем думать? Но ей все казалось, что он где-то рядом, что стоит ей обернуться, и она его увидит. Он давно остался позади и ничем ей не угрожал, но почему-то и сейчас мысли о нем ее тревожили. Может, он как-то наблюдает за ними издали, при помощи чар? В нем живет сила Хель, напоминала себе Рагнхильд, потому эта тревога так навязчива. Пес Хель не потерял ее след. Его взгляд ранит сердце, как одно касание его черного меча несет смерть…

И он снова шел сюда. Пока она думала, что оставила его позади, он опять приближался к ней, только другой дорогой. Хальвдан Черный с войском уже вступил в Раумарики по реке Раум, через принадлежащую ему часть Вингульмёрка, и шел на север, вверх по реке, к Верме и озеру Мьёрс. Сигтрюгг собирался выйти ему навстречу, и только приезд Рагнхильд его задержал.

— Я хотел бы, чтобы ты сама решила, – обратился Сигтрюгг к Рагнхильд, – стоит ли нам справить свадьбу сейчас или отложить до тех пор, пока… пока я не разобью Хальвдана.

Он и любовался Рагнхильд, и чувствовал себя неловко под внимательным взглядом ее умных глаз. К ней многие сватались, но она выбрала его; это и повод гордиться, и причина для тревоги. Сочтет ли она свой выбор оправданным?

— А я говорю, что если ты хочешь сохранить свою землю, не стоит тебе усаживаться пить, пока этот Пес Хель разоряет твой фюльк! – вставил Эйстейн. Он заметил, как похорошела Рагнхильд со вчерашнего дня, и испугался, что брат не найдет в себе терпения отложить свадьбу. – Сначала выгони его из своих владений, а уж потом пируй хоть до Зимних Ночей!

— В этом есть правда, – сказал Сигтрюгг, – но не хотел бы я уходить, оставив тебя здесь одну, Рагнхильд. Если ты желаешь быть моей королевой, то, может, нам не стоит с этим тянуть?