Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 50 – Екатерина Гичко

— Вы едите пищу смертных? — устало спросила Лирка.

— Пищу? — мальчишка тут же подался вперёд и вытаращился на кашу, как на диковинку. — Мне? Это мне? Это… — он с благоговейным изумлением уставился на оторопевшего Лешиего, — … подношение?

— Ешьте, — почти приказала Лирка.

— Это подношение! — уверился бог и почти выдрал из рук Лешиего чашу. — Тут на год… Нет! На полтора года хватит!

Иррес душераздирающе вздохнул и лёг за спиной Лирки и уставился на светящиеся кусты. Лишь бы не видеть лицо бывшего друга.

— Да за несколько минут съесть можно, — пробормотал Леший, но бог его уже не слушал.

Он восторженно смотрел в чашку. Но есть кашу даже не пытался. Мужчины обменялись неловкими взглядами. Форма и поведение бога смущали и их. Голодного ребёнка нужно накормить, но он не ребёнок и вроде бы не голоден. Иначе чего не ест?

— Иррес, тебе в котелке оставили, — Лирка повернулась к другу.

— Я не голоден, — мрачно отозвался тот.

Не голоден?

— А господин Наэш?

— Мы не голодны.

— Прекрати, — Лирка строго посмотрела на него. — Нужно поесть. Не хочешь сам, возвращайся и я поем за всех.

Вирьяр с сомнением взглянул на оставшуюся кашу.

— Она справится, — Леший заметил его взгляд. — И ещё чего-нибудь в окрестностях найдёт и сожрёт. Да я не про… вас, — сказал он испуганно вскинувшемуся богу.

— Я не хочу, — продолжал упрямиться Иррес.

— Живо возвращайся, — Лирка хлопнула подселенца по боку, и тот всё же недовольно приподнялся и ткнулся башкой ей в ладонь.

И тут же исчез.

— Она его съела!!!

От вопля мальчишки проснулся Исешка, а мужчины и вовсе повскакивали.

— Съела! Она съела Шау! — на глазах бога вскипели слёзы.

— Угомонись, дубина! — Иррес высунул башку из груди Лирки и недовольно оскалился. — Бессмертных на ночь она не жрёт. Её потом изжога мучает.

И вновь скрылся, оставив оторопевшего Истаридана просто хлопать глазами.

— Да и жрут ртом, — заметил Леший, недовольный тем, что брата разбудили.

— Ты это вон той веточке скажи, — ехидно отозвался Риш и кивнул за спину воину.

К его шее как раз тянулась тоненькая гибкая ветка с ближайшего дерева.

— Да достали, твари! — взвился Леший. — Весь день донимают! И почему-то только меня.

Дальнейшая трапеза прошла в молчании. Котелок отдраили, принесли в нём чистой воды, и рядом с костром остались только бог, Лирка и Риш. Остальные мужчины отсели чуть дальше с наветренной стороны, чтобы не долетал запах варева. Всё же готовить собирались самую настоящую отраву, если смотреть на собранные травы.

Мальчишка не сразу приступил к противоядию. Сперва обеспокоенно покрутился, держа в руках чашку с кашей, потом всё же приткнул её среди корней, прикрыл листом лошака и повернулся к костру. Сосредоточенный вид, а точнее, резкая перемена опять насторожила Лирку. Перед ними будто стоял не недавний безумец, а вполне разумный и зрелый мужчина. И даже внешность мальчика не обманывала их.

Лирка решительно не понимала, как такие разные состояния могли так быстро сменять друг друга.

«Наш разум держит нас в равновесии,— заговорил с ней господин Наэш, — но у сумасшедших нет ограничений. Их ничего не держит, поэтому они могут падать из одного состояния в другое при малейшем колебании».

У Ирреса было также?

«Не так»,— недовольно отозвался тот.

«Нет безумных, которые были бы похожи друг на друга. Нам с Ирресом повезло в том, что мы оказались очень близко друг к другу».