Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 48 – Екатерина Гичко

Мальчишка так увлекся поисками, что совершенно не смотрел под ноги. Он постоянно спотыкался, падал, скатывался по склонам. Лирке то и дело приходилось его поддерживать, ловить и поднимать. Сперва он испуганно вскрикивал от каждого её прикосновения, отпихивал и жалобно хныкал. Потом то ли привык, то ли окончательно ушёл в себя и уже сам хватался за руки Лирки и, не глядя на неё, с жаром рассказывал, как то или иное растение попало в эти места.

— Я собирал их по всему Хоётору. И в мире бессмертных! Да, там тоже! И растил здесь, чтобы их всегда можно было найти.

Оставалось надеяться, что все нужные травы до сих пор растут в этих местах. Вряд ли бог присматривал за ними.

Порой он останавливался на месте и замирал, смотря прямо перед собой остекленевшим взглядом. В такие моменты он будто бы говорил с кем-то, яростно спорил, умолял, угрожал…

— … вы должны идти, должны! У нас договор!

Или вообще начинал говорить на незнакомом Лирке языке.

— Чем-то похоже на язык хаги, — заметил Риш.

— Да, это древний язык хаги, — подтвердил господин Наэш, — но я, увы, понимаю только отдельные слова.

С кем он говорил? Со своим собственным сумасшествием?

В такие моменты бога никто не трогал. И Лирка, и Риш опасались, что оклик может напугать или разозлить бога, и он впадёт в истерику или неистовство.

И как господин Наэш справлялся с Ирресом? Лирка и раньше понимала, что бывшему хайрену пришлось приложить много труда и терпения, чтобы помочь Ирресу обрести разум. Но именно сейчас она в полной мере осознала, с чем ему пришлось столкнуться. Смогла бы она сама вот также? Господин Наэш всегда старался вести себя как можно незаметнее. «Не мешать живым», — как любил повторять он сам. Но всё же какое важное место занимал он рядом с Ирресом, какое значение имел для него и насколько силён был духовно, раз смог вытащить из безумия не только Ирреса, но и не позволить себе скатить в него, хотя он пережил столько, что вполне мог отчаяться.

Воистину, господин Наэш самый мудрый и самый сильный среди них. Рядом с ним даже Иррес — существо древнее — был как младший, не самый умный и сдержанный брат. Она же и вовсе была зелёной и сопливой девчонкой. Лирке бы очень хотелось, чтобы именно сейчас подселенец был внутри неё. Господин Наэш наверняка бы подсказал ей, как вести себя с богом, что делать, что сказать. Но Иррес, видимо, не было готов делиться с ней своими чувствами. Несмотря на их близость, кое-чем он был готов делиться только с господином Наэшем.

— Пожирательница плоти, смотри! — бог ткнул пальцем в очередной яркий цветок.

— Да скажи ты уже ему своё имя, — не выдержал Риш.

— Вы можете звать меня Лиркой, — женщине тоже надоело слушать про пожирание: поесть горячего так и не вышло, и Шани недовольно ворчала. Голодать они не любили.

— Нет! — бог почему-то пришёл в ужас и отшатнулся на от неё так далеко, как отпустило заклятие. — Нет-нет-нет!!! Я не буду звать тебя по имени… Нет!!

Риш растерянно посмотрел на Ирреса, но тот сморщил морду и отрицательно мотнул башкой.

— Я не знаю, чего он так реагирует, — признался дух. — Тут Наэш сказать что-то хочет, — складки на морде разгладились и взгляд стал куда спокойнее. — Безумные порой сами не понимают, что их пугает. И не всегда есть настоящие причины для страха. Порой причины их страхов — их собственная фантазия, а не события прошлого. В этом разобраться очень сложно и лучше вообще не спрашивать, чтобы не напугать ещё больше.