Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 486 – Екатерина Гичко

Хо-син-х вздрогнул, услышав голос Господина.

Мама же, прикрыв глаза, наслаждалась свежим веянием ветра и чутко шевелила ноздрями, принюхиваясь к ароматам сада. Рука её продолжала поглаживать живот, и красивая улыбка вновь вернулась на её лицо.

— Ты поэтому не дала дочери его имя? — всё же спросил Хо-син-х.

И-тия. Не Хо-тия.

— Хо-ёта-х не был бы рад дочери, ты сам это знаешь. Я не хотела давать ей имя того, кто не пожелал бы её рождения. А здесь… здесь у неё появился другой отец.

Хо-син-х дёрнулся, но ничего не сказал.

— Мы не сразу посмотрели друг на друга, — тихо произнесла И-тона. — И-тии было два года, когда Ву-нора-ри предложил войти в его дом. На тот момент И-еха и И-роа вышли замуж, А-ара большую часть времени жила в Салее, а То-нии была занята сыновьями и Господином. Ву-нора-ри хорошо режет по дереву. Тогда после разрушения Рото-Ё работы у всех было много, все друг другу помогали, и он сделал нам люльки для деток. У меня иных забот не было, кроме как о доме, я помогала тем, кому могла. Так местной большухой стала. Той, к кому за помощью и советом идут. А он и До-рани-хи одни дочь растили. Оба мужчины, в женской природе мало что понимают… Зачастили за советами. И как-то мы с Ву-нора-ри усмотрели что-то друг в друге. Мы уже не молоды, сошлись не от любовной жажды и не от безысходности. Долго смотрели друг на друга. Хорошо рядом. Вот и решились.

Неприятное что-то царапало в душе. Хо-син-ху и хотелось понять, как мать решилась на второй брак, и не хотелось о том слышать. Слухи ползли быстро. И шести лет не пошло, как у хуани-са стали говорить, что Хо-ёта-х так жил, что даже жёны не думают верность ему хранить. Слышал он, что И-еха и И-роа замуж вышли довольно быстро. Молодые и бездетные вдовы, таких обычно замуж и спроваживали, так что и нестрашно. Сам он вторую жену отца терпел три года и отдал опять замуж, лишь бы от яда этого семью свою избавить. Но мама…

— И-тия нашла в его лице отца, который рад и дочери, — продолжила мать. — И этого ребёнка, — она погладила живот, — в этом доме встретят с радостью. И неважно, кто родится. Я могу быть спокойна. Даже если вдруг меня не станет, мои дети останутся с крепкой опорой.

— Ясно, — сухо ответил Хо-син-х. — А что с остальными? То-нии и… — челюсть его напряглась, — … А-ара.

— А-ара-хи, — беззлобно поправила его мать.

Про А-ару говорили много. Любили языками потрепаться, что девчонка обошла своего мужа и заняла положение куда более высокое, чем смог занять муж. Хо-син-х хорошо помнил младшую жену отца, красивую, но пугливую девчонку. И такой её помнили почти все, что делало смешки в сторону отца только язвительнее.

— Они обе стоят за спиной Поющего Господина, нашего милостивого покровителя, — в голосе матери появилась почтительность. — Обеих называют его жрицами, хотя печать только у А-ары. Но То-нии в мыслях Господина.

— О чём ты? — Хо-син-х сурово нахмурил брови.

— Он знает всё, о чём она думает, что делает её той, кому он может доверять всегда. Ведь она не может обмануть его. Это не та связь, о которой ты мог подумать, хотя здесь порой ходят сплетни, что Господин подле её почти что муж. Но он скорее тот, кто видит её частью себя. Может, когда-нибудь он узрит в ней жену, но… — мама как-то неопределённо повела бровями и ничего более не сказала. Будто не хотела говорить какую-то тайну или наговаривать на Господина. — А-ара-хи выучилась на шамана в Салее и вернулась сюда с дочерью и жрецом Второго Хозяина. Жрец стал отцом для её дочери, так что и саму А-ару здесь называют его женой. Но нет между ними супружеских отношений. А-ара хочет стать ему женой, но нет… пока нет.