Книга Салейские хроники, страница 65 – Екатерина Гичко

— Мы словно о разных девушках говорим, — скривился Узээриш.

— И мне очень льстит, что она с таким доверием относится ко мне.

— Тебе льстят каждый день!

Иерхарид посмотрел на Риша с укором, но больше говорить о чувствах не стал. Он предпочитал не обсуждать женщин, которые ему нравились, со своим совёнком. Незачем мальчику знать о похождениях отца, тем более маленький Ришик был очень ревнив.

— Тебе шесть веков, а она только третий десяток доживает, — Риш продолжал сердито увещевать отца.

— Прекрати, — не выдержал Иерхарид, — я не собираюсь её соблазнять. Мне… — он опять взлохматил волосы и понизил голос, — мне просто хотелось выговориться.

Узээриш досадливо закусил губу, сожалея, что позволил раздражительности взять верх в тот момент, когда отцу была нужна поддержка.

— Похоже, сегодня я здесь на всю ночь, — Иер скованно улыбнулся.

— Может, в холодной воде искупаться? — уже более миролюбиво предложил Риш.

— Купался, — отец вздохнул, — потом читал отчет о допросе Ваза̀ра… данетий Рван, как всегда, излишне подробен, но всё равно не помогло.

— Бордель? — Риш сам поразился, что осмелился предложить подобное отцу.

— Противно, — поморщился Иер. — Хочу чистую, нежную, яркую, а заменить… — деликатность не позволила ему назвать продажных женщин грязными. — Я лучше потренируюсь.

— Составить тебе компанию?

— Нет, одному мне будет лучше.

Риш с сомнением посмотрел на него.

— Иди, — устало протянул отец, — мне нужно остаться наедине с собой. Я серьёзно, Риш.

— Ну ладно, — неохотно выдавил тот. — Но, если что, я сегодня никуда не собираюсь. Можем напиться.

Иерхарид весело приподнял брови, и успокоенный сын скрылся в окне.

— Блудливый дух, — хайнес невесело усмехнулся.

Если бы им действительно владела только похоть. Выбил бы клин клином: одну похоть через другую. А душевное волнение, сердечное сомнение? Как их выбить, если вторых таких ему не найти? Он почти четыре века после смерти жены не испытывал чувств подобной силы. Есть ли у него вообще шанс, что совсем скоро появится женщина более взрослая и волнующая, чем Риша?

Стоило подумать о лисичке, и ему почудился её запах. Так пахнут нагретые солнцем молодые берёзовые деревья, нежную листву которых золотят лучи.

— Ай! Тёмный… Да отцепись ты! — раздалось сердитое шипение, и грёзы о залитой солнцем берёзовой роще улетучились.

Послышался треск сучьев, и на подоконник легла тень, секундой спустя сменившаяся маленькой фигуркой. Девушка сноровисто забралась на окно и уставилась на хайнеса слегка светящимися глазами.

Берёзовая роща пришла к нему сама во всём великолепии рыжей листвы.

Девушка, сидя на корточках, немного переместилась в сторону, прямо в поток ночного света, и вцепилась перебинтованными пальцами в оконную раму.

— Ого, — на скрытом в полумраке лице сверкнули в улыбке зубы, — впервые вижу вас без этих ваших длинных одежд.

Иерхарид опомнился и невольно осмотрел себя. Он действительно сбросил хламиду с широкими рукавами и сидел босой, в подвёрнутых до колена штанах и в рубашке с закатанными до локтей рукавами.

— Вы даже шире хайрена…

— Хочешь сказать, толще? — повеселел Иерхарид.

— Н-нет, — Лийриша чуть-чуть смутилась, — в плечах.

На самом деле увиденное её малость поразило. Хламида скрывала очень многое, но теперь понятно, в кого хайрен такой долговязый вымахал. Только хайнес выглядел немного плотнее сына, взрослее, как более матёрый зверь. Широкая грудь, крепкие сильные руки, длинные мускулистые ноги… Лийриша даже оторопела и подумала отступить, но вместо этого печально выдохнула: