Книга Гостевой дом сударыни Бережной, страница 23 – Вивьен Ламур

Достигнув нижней ступени, я подняла лампу повыше, осматривая мрачное сырое помещение. Хвостатой нигде не было видно. Я перевела дух и прошла к бочке.

Установила лампу на импровизированный стол из старого хлама. Бережно опустила сундучок обратно в бочку, предварительно завернув его в старое тряпьё. Сверху закидала не трухлявым одеялом, чтобы не создавать лишнюю влагу, а поверх набросала обломки старого стула и прочий мусор, который валялся здесь с незапамятных времён.

Занимаясь этой кропотливой работой, я вдруг задумалась. А что бы делала Вера Ивановна, не появись я в её теле? Реально бы последовала плану А: вернулась к работе учительницы или гувернантки? Продала бы дом? Но тогда выходит, что тот дом, который мы с мамой готовили к продаже в современном мире, нам попросту бы не достался в наследство.

Ведь если рассудить: Ивановна могла бы и не заняться вопросами наследства. Дом ушёл бы с молотка и прощай будущее в целом. А ведь гостевой дом сударыни Бережной все эти долгие годы служил свою службу. Что же это получается? Если бы не я… если бы я не угодила в прошлое… Сударыня Бережная — это я и есть?

Мысль была ошеломляющей. Я медленно выдохнула, утирая тыльной стороной ладони вспотевший лоб. Отряхнула фартук и подол платья от щепок и мусора и задела пальцами в кармане ключ от…

Я оглянулась.

Подхватила лампу, поднимая её повыше, и осветила тот самый угол, где приютилась таинственная дверь. На груде мешков непонятно с чем на этот раз крыса не сидела. В подвале было тихо. Ну, относительно тихо: лишь сквозняк холодил щёки и где-то в глубине монотонно капала вода.

А что если…

Извлекая ключ из кармана, я робко продвинулась на два шага к двери.

Любопытство — не порок, конечно. Но удачное ли я выбрала время, чтобы исследовать эту часть дома? С одной стороны, ещё не глубокая ночь, и я всё равно не усну, особенно теряясь в догадках, что там скрывается за дверью. С другой, какая разница, какое время суток? В подвале одинаково темно, хоть утром, хоть ночью.

Я решила: открою дверь и посмотрю. Одним глазом. Скорее всего, это вход в ледник, где хранились запасы мяса и рыбы. И тут же сама себя разубедила: а лёд где брали тогда? Если только в заливе, когда зимой он замерзал, да и то вряд ли. По моим собственным воспоминаниям, такое бывало крайне редко, а уж в черте города тем более.

Но тогда что? Кладовка? Но к чему такой увесистый замок?

Интерес перевесил страх. Я подошла к двери, посветила лампой, изучая висячий замок. Покрытый ржавым налётом, он всё же выглядел вполне сносно. Я достала ключ и вставила его в замочную скважину.

Сердце билось неистово. Я провернула ключ. Его щербатая поверхность отчётливо вонзилась в кожу, царапая ладонь, но я добавила усилий. Раздался характерный щелчок. Дужка замка отскочила.

Выдохнула. Всё это время почти не дышала.

Осторожно вытащила замок и взялась за холодную металлическую дверную ручку. Тихий скрип петель, и дверь медленно подалась. Второй рукой я повыше приподняла лампу, стараясь осветить то, что сокрыто за дверью.

Свет выхватил из темноты узкий проход. Каменные стены, такие же сырые, как в подвале. Пол земляной, но утоптанный, словно здесь когда-то ходили. Ширина не больше метра. Потолок терялся в темноте, но я чувствовала, что он низкий: воздух давил на макушку, и я невольно пригнулась.