Книга Гостевой дом сударыни Бережной, страница 22 – Вивьен Ламур

— Алексей Павлович, я… вы так добры. Я буду вам очень благодарна, если вы поможете.

Я вдруг спохватилась: он же меня вылечил, он помогает с бумагами. И по сути, продолжает спасать. Это не могло остаться без оплаты.

— Алексей Павлович, я ведь даже не спросила… сколько я вам должна за лечение? У вас же есть практика, гонорары…

Я полезла в карман платья за деньгами. Он поднял ладонь мягко, но твёрдо.

— Ничего, Вера Ивановна. Вы уж простите меня за прямоту, но это было не деловое лечение, а соседская помощь и человеческое участие. Я рад, что вы поправляетесь. И помочь вам с этими бумажными заботами для меня — честь.

«Человеческое участие». «Честь». Не пустые слова, а проявление достоинства и искренней симпатии. Он действительно так считал. Спорить и настаивать было бы неловко. Я просто тихо поблагодарила его взглядом.

Весь этот разговор Агаша сидела молча, штопая что-то в своём уголке, но её присутствие позволяло нам вести серьёзный и важный разговор в доме молодой женщины. В то время это было бы совершенно неприлично без свидетельницы. Я мысленно благодарила Агашу: она играла роль дуэньи, даже не произнося почти ни слова.

Доктор поднялся.

— Вам нужно отдыхать, сударыня. Агафья Кузьминична, присмотрите за барышней. А мне пора.

Он учтиво раскланялся и ушёл. С его уходом напряжение в комнате спало. Агаша тут же начала собирать посуду, ворча по-доброму:

— Хороший он человек. Дай бог ему здоровья.

Я промолчала, но в душе согласилась.

Агаша помогла всё убрать, вымыть тарелки и, накинув шаль, отправилась к себе, сказав на прощание:

— Не засиживайтесь допоздна, Вера Ивановна.

Я заперла за ней дверь и прислушалась. Где-то вдалеке слышались голоса, но здесь, в моих комнатах, было тихо.

Завтра я впервые выйду из дома. На целый день. Сундук с деньгами и таинственным ключом останется без присмотра. Эта мысль гвоздём сидела в голове. Не покидало ощущение, что кто-то может пробраться.

Тяжело вздохнув, я поднялась наверх. В комнате Петра Сергеевича я открыла шкаф, скинула пиджак и достала сундучок, ощущая его тяжесть.

— Ну что, старина? — прошептала я. — Снова вниз.

Ключ, найденный в сундучке, я переложила в карман платья. Теперь он был при мне. Идти в подвал во второй раз было страшно не меньше, чем в первый. Но выбора не оставалось.

Спустившись на кухню, я откинула половик, открыла люк. Тёмный провал внизу дышал сыростью и плесенью. Лампа дрожала в руке, отбрасывая шаткий свет.

— Справимся, Ивановна.

Я поставила ногу на первую ступеньку и медленно, стараясь не шуметь, начала спускаться в темноту, прижимая к груди сундучок. Сердце билось ровно, но часто.

Когда я спускалась в первый раз, я не знала, что меня ждёт в подвале дома. Теперь хотя бы имела представление, где что лежит и кто там бегает.

Я медленно втянула воздух через нос, привыкая к сырости и запаху плесени. Надо бы вспомнить из рекомендаций будущего, как избавиться от этого неприятного запаха. Конечно, близость моря и грунтовые воды не давали подвалу высохнуть, но хоть как-то улучшить микроклимат стоило. Уголь? Известь? В моём времени с этим проще: осушители воздуха, вентиляция. А здесь придётся выкручиваться.

И ещё эта крыса. Может, и не одна. Не факт, что мерзкая тварь не полезет в дом. Ещё чего не хватало! Я сама себе санэпидемстанция и не позволю такого конфуза в собственном доме. Ну да, надо ещё в наследство вступить, а это дело времени, но никто не запрещает мне уже считать дом своим.