Книга Неспокойные артефакты Эм/ Как я влюбилась в дознавателя, страница 8 – Анна Каляда

— Ну да, традиция, — проворчала Ричи, но уже мягче. — Бабушка Эмма его подбирала, теперь ты. Ладно, я всё понимаю, дело благородное. Но, может, хотя бы пусть он научится планировать бюджет? А то так и будет бегать к тебе до сорока лет.

— Если к сорока годам он станет профессором и будет бегать ко мне за деньгами на булочки — я сама его придушу, — пообещала я. — А пока пусть доучится. Я обещала бабушке за ним приглядывать. Считай, это мой долг.

— Ну-ну, — Ричи покачала головой и потянулась за новым куском пирога. — Долг у неё. А по-моему, ты просто не умеешь отказывать тем, кого любишь.

Я промолчала, потому что, в общем-то, она была права. Сэмуэль был частью моей жизни с самого детства — нелепой, безалаберной, но очень тёплой её частью. И бросать его я не собиралась, сколько бы серебра он ни задолжал в таверне.

Дилт как раз закончил возиться с петлями и выпрямился, довольно крякнув. Дверь открылась и закрылась в полной тишине.

— Порядок, — объявил он. — Теперь хоть всю ночь открывай — не скрипнет.

— Спасибо, Дилт, — я улыбнулась. — Вы меня балуете.

— Соседей надо беречь, — изрёк он с таким видом, будто только что вывел философскую максиму.

Роззи тем временем собрала остатки пирога, оглядела лавку хозяйственным взглядом и не удержалась:

— Ну так что, душенька, расскажешь нам про своего дознавателя или нам ещё по пирогу приносить?

— Профессиональное сотрудничество, — отчеканила я, пряча улыбку.

— Ага, — кивнула Ричи с набитым ртом. — Мы так и поняли. Особенно когда ты покраснела.

Я запустила в неё ближайшим клубком шерсти (не магическим, просто для штопки), и Ричи поймала его с видом победительницы. Роззи засмеялась, Дилт покачал головой, и в этот момент дверной колокольчик звякнул снова.

На пороге стоял Рас.

Сегодня на нём был тот же серо-синий плащ, но капюшон откинут, лицо открыто. Тёмно-серые глаза с лёгким прищуром оглядели компанию, и на губах промелькнуло что-то похожее на сдержанную улыбку. В руках — знакомый свёрток с браслетом и кожаная папка.

— Доброе утро, Лирена, — произнёс он, и в лавке вдруг стало очень тихо.

Роззи уставилась на него с откровенным женским интересом. Дилт смерил оценивающим взглядом, какой приберегают обычно для потенциальных зятьёв. Ричи медленно, очень медленно повернулась ко мне и одними губами произнесла: «Никакой романтики, да?»

Я проигнорировала её с королевским достоинством и шагнула навстречу гостю.

— Доброе утро, Рас. Вы как раз вовремя. Чайник только вскипел. Но учтите: с вас — история о том, что в этой папке.

— Договорились, — кивнул он и вошёл.

За его спиной Ричи беззвучно хлопала в ладоши. Я сделала вид, что не заметила.

Когда мы поднялись наверх, я первым делом поставила чайник. Не то чтобы мне так уж хотелось чая — скорее, нужно было чем-то занять руки, пока Рас устраивался за моим крошечным столом. Вчера, в полумраке свечей, он казался частью теней — загадочным, почти нереальным. Сегодня, при дневном свете, льющемся из единственного окна под потолком, он был просто мужчиной. Высоким, широкоплечим, с усталыми глазами и привычкой класть руки на стол так, будто они всегда должны быть к чему-то готовы.

Папка легла между нами, как невысказанный упрёк.