Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 94 – Ангелина Сантос

Кайран сидел, откинувшись затылком на стенку кареты. Глаза закрыты. Плечи напряжены. Правая ладонь лежит на колене, и по ней слишком хорошо видно, как он удерживает себя в человеческой коже буквально по пальцу.

Я слишком долго смотрела.

Потому что в какой-то момент он открыл глаза.

— Перестань, — сказал он негромко.

— Что именно?

— Смотреть так, будто я вот-вот развалюсь.

— А ты не вот-вот?

Северин не вмешался. Очень мудро с его стороны.

Кайран выдержал паузу.

— Пока нет.

— Значит, скоро да.

Он чуть скривил рот. Не улыбнулся. Но что-то около того.

— Ты всегда была невыносима рядом с моими ранами.

— Это потому, что ты всегда лгал о том, насколько они глубокие.

Его взгляд на секунду потяжелел.

— Да.

Слишком много этих "да" между нами этой ночью. Слишком поздних. Слишком честных.

Я отвела глаза первой.

И, возможно, именно поэтому он заговорил снова:

— Почему ты выбрала ехать со мной, а не уйти с Реттом или Кроу?

Я подняла голову.

— Серьезно?

— Да.

— Потому что Ретт слишком гладкий, чтобы я спала рядом с его планами. А Северин... — я коротко перевела взгляд на него. — Северин хорош в тенях и ножах. Но не в том, что происходит со мной внутри браслета.

Северин тихо сказал:

— Обидно, но заслуженно.

Я снова посмотрела на Кайрана.

— А ты — в самом центре того, из-за чего эта ночь вообще существует.

Он долго молчал.

— Это не ответ.

Конечно. Он хотел не логики. Правды.

Я выдохнула.

— Потому что, как бы сильно я ни хотела тебя ненавидеть за утро, развод, ложь и все остальное, я все равно не смогла оставить тебя в серебре.

Карета качнулась на рытвине. Северин очень деликатно уставился в темное окно.

Кайран смотрел только на меня.

И именно это было невыносимо.

Не холод. Не приказ. Не бывшая мужская власть.

Просто взгляд человека, который услышал что-то очень важное и теперь не знает, имеет ли право хотя бы дышать с этим дальше.

— Нэйра...

— Не надо. — Я подняла ладонь. — Не сейчас. Не превращай это в красивую сцену. Я еще не простила тебя.

— Я знаю.

— И не забыла, как ты поставил передо мной бумаги.

— Я знаю.

— И не собираюсь делать вид, что одна ночь в соборе все переписала.

— Я знаю.

Я почти разозлилась.

— У тебя сегодня удивительно удобный набор ответов.

На этот раз он все-таки усмехнулся. Коротко. Мрачно. Но живо.

— Других я сейчас не заслужил.

Под браслетом шевельнулся жар. Мягче. Ровнее. Как будто сама связка, будь она проклята, услышала это и решила, что, значит, пока можно не бить нас обоих через кость.

Дорога заняла меньше часа.

Охотничий пост оказался старым каменным домом у самого Черного моста, где когда-то, видимо, держали смену караула и охотничью свору. Теперь — только пустые стойла, низкий сарай, дом с толстыми стенами и запахом сухого дерева.

Возница не вошел с нами. Хорошо. Чем меньше глаз, тем лучше.

Внутри было холодно, но сухо. Северин быстро прошелся по нижней комнате, проверил окна, заднюю дверь, печь. Потом кивнул.

— Чисто. Пока.

— Ненавижу это слово, — пробормотала я.

— Поверь, я тоже.

Он запер вход, оставил меч у стены и наконец посмотрел на Кайрана так, как смотрят не на генерала, а на раненого зверя, который еще держится на лапах, но уже начинает шататься.

— Верхняя комната, — сказал он. — Сейчас.

— Я не лягу, — отрезал Кайран.

— А я и не про сон.