Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 70 – Ангелина Сантос

Я подняла голову.

Усталость ушла не совсем. Но на ее месте снова поднималась ясность.

Та самая, что уже несколько раз спасала меня этой ночью.

— Мы выйдем, — сказала я.

Кайран сразу посмотрел на меня.

— Нэйра.

— Нет. Послушай теперь ты. Если после всего, что случилось, я снова спрячусь за твоей спиной, они в ту же минуту сделают из меня бледную тень, которую кто-то признал в полубезумии драконьего срыва. Нет. Я выйду сама. И я сама скажу, что видела.

— Ты едва стоишь.

— Но стою.

— Они будут смотреть не как на жертву.

— Отлично. Мне уже надоело быть жертвой.

Таль медленно кивнул.

— Тогда решено. Через десять минут верхний неф. Я сам выведу вас и закреплю первичное свидетельство при совете и храме.

— А она? — спросила я, глядя на Дорена.

Хранитель посмотрел туда же.

— Дорен Эстель останется под храмовой стражей. Вианору пока тоже удержат в северном крыле. До отдельного допроса.

— Она будет лгать, — сказала я.

— Разумеется.

— И ей поверят.

— Попытаются.

Я поднялась со скамьи.

На этот раз ноги дрожали меньше. Наверное, потому что внутри уже снова было за что стоять.

Кайран подошел ближе.

Не коснулся. Просто остановился рядом. И это вдруг оказалось важнее прикосновения.

— Ты уверена? — спросил он тихо.

— Нет.

Он ждал продолжения.

— Но я все равно пойду.

Очень коротко, почти незаметно, он кивнул. Так, будто давно знал, что другого ответа не будет.

Мира торопливо поправила мне волосы, смятые дождем и капюшоном, отряхнула рукав, вытерла капли с щеки.

— Вы очень красивая, — прошептала она вдруг.

Я едва не рассмеялась.

— После крыши, крови и крипты?

— Особенно после этого.

Мне захотелось обнять ее. Но я только сжала ее пальцы.

Через несколько минут нас вывели по узкому коридору вверх.

Шаги отдавались под сводами. Воздух становился теплее. Слышались голоса. Много голосов.

Чем ближе мы подходили к верхнему нефу, тем яснее я понимала: сейчас все снова начнется. Но уже иначе. Не как утром, когда меня ставили перед бумагами и ждали покорности. Теперь нас будут смотреть после огня. После собора. После того, как слишком многие увидели правду и слишком многие захотят ее задушить еще до рассвета.

У самой двери в неф Кайран вдруг тихо сказал:

— Что бы ни случилось там наверху, я больше не позволю назвать тебя ошибкой.

Я не сразу повернула голову.

— Поздно для красивых обещаний.

— Это не обещание.

— А что?

Он посмотрел прямо на меня.

— Это то, что я должен был сделать с самого начала.

И вот тут мне стало по-настоящему трудно дышать.

Потому что в его голосе не было ни стратегии, ни расчета, ни мужской привычки владеть ситуацией.

Только правда. Слишком поздняя. Слишком нужная. Слишком опасная.

Двери распахнулись.

Верхний неф заливал свет. На ступенях у алтаря стояли советники, храмовые служители, люди рода Варгрейм, несколько придворных дам, стража. Шепот прошел по залу волной, когда мы вошли.

Сначала увидели Кайрана. Потом меня рядом. Потом наши лица. И, наконец, браслет на моей руке, который я уже не стала прятать под рукавом.

Шепот стал гуще.

Я увидела в толпе знакомые лица. Тех, кто утром смотрел, как меня унижают. Тех, кто, должно быть, уже успел вообразить себе Вианору хозяйкой дома Варгрейм. Тех, кто наверняка ждал сейчас или моего окончательного падения, или новой удобной лжи.