Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 48 – Ангелина Сантос

— Нэйра, — сказал он.

Я первая отвела глаза.

— Ладно. Не сейчас.

Мира вернулась к нам с двумя небольшими сумками, моим тёплым дорожным плащом и ножнами с тонким кинжалом.

— Вот, госпожа.

Я взяла ножны, вынула клинок на ладонь. Узкое лезвие, чуть изогнутая рукоять, потемневшее серебро на гарде. Этот кинжал подарил мне не Кайран. Его дала мне старая наставница матери, когда я только переехала в дом Варгрейм и никак не могла привыкнуть к длинным коридорам, чужим лицам и мысли, что теперь принадлежу дому, который может проглотить человека и даже не заметить.

«Не чтобы резать, девочка, — сказала она тогда. — Чтобы помнить: пустые руки легче заломить.»

Я убрала клинок обратно.

— Этого хватит.

— Возьми ещё пистоль, — неожиданно сказал Северин.

Я посмотрела на него.

Он уже достал из внутреннего кармана короткий дорожный огнестрел, невеликого калибра, тёмный, простой, явно рабочий, а не дорогую игрушку для кабинетов.

— Я не умею, — сказала я.

— На расстоянии пары шагов и не надо уметь слишком хорошо.

Кайран коротко бросил:

— Нет.

— Тогда дай ей меч, генерал, — спокойно ответил Северин.

Я едва не улыбнулась. Чуть-чуть.

Потому что это была первая за вечер ссора, в которой я оказалась с той стороны, что мне удобнее.

Кайран взял пистоль сам, проверил заряд и протянул мне.

— Только если увидишь лицо, — сказал он. — И только если нет другого выхода.

Я приняла оружие.

Наши пальцы соприкоснулись на секунду.

Жар под браслетом мягко качнулся вверх по руке.

Кайран едва заметно втянул воздух.

Я быстро убрала пистоль в дорожную сумку.

— Сколько у нас времени? — спросила я.

Северин посмотрел на карманные часы.

— Уже меньше пятнадцати минут. Если они поняли, что браслета в твоих покоях нет, скоро начнут перетряхивать не только жилые крылья.

— Тогда идём.

— Не через главные переходы, — сказал Кайран. — Через казематный коридор к западной башне. Я доведу до кареты.

— А потом останешься?

— Да.

Мне это не понравилось настолько сильно, что я даже не попыталась скрыть лицо.

Он заметил.

Конечно, заметил.

Но ничего не сказал.

Мы вышли быстро, без лишних слов. Капитан уже ждал снаружи. Его люди стояли дальше по коридору, не приближаясь. Хорошие солдаты всегда знают, когда не стоит делать вид, будто они ничего не видят.

Лампы в бастионе горели через одну. Ночь загустела, и в узких переходах пахло маслом, камнем и дождём. Да, дождь всё-таки начался — где-то снаружи шуршал по крыше мелко, почти сухо.

Кайран шёл первым. Я за ним. Мира рядом. Северин замыкал шествие.

Иногда я ловила на себе его взгляд — не навязчивый, не оценивающий, просто внимательный. Это тоже раздражало, хотя и не так, как холодная уверенность Кайрана.

Спустившись в западную башню, мы вышли к небольшой арке, ведущей во внутренний хозяйственный двор. Здесь не было парадного света, только два фонаря у навеса и тёмные силуэты лошадей. Карета без герба уже ждала. Дорожная, крепкая, без излишеств. Возница — один из людей Северина, судя по тому, как тот ему коротко кивнул.

— Меняемся после моста, — сказал Северин тихо. — Дальше я сам.

Кайран посмотрел на него.

— Если с ней что-то случится…

— То ты убьёшь меня. Я понял ещё в бастионе.

Мне стало не по себе от того, как спокойно они говорили о моей безопасности и убийстве в одной фразе.