Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 2 – Ангелина Сантос

Пальцы похолодели.

Я перечитала ещё раз. Потом ещё. Слова не менялись.

Отсутствия истинной брачной связи.

Три года брака.

Три года под одной крышей.

Три года, в которых были война, кровь, ожидание, бессонные ночи, его ранения, мои молитвы над его жизнью, редкие тихие вечера, когда он засыпал в кресле у камина, а я накрывала его пледом и ловила себя на том, что улыбаюсь.

И всё это теперь укладывалось в четыре сухих слова: отсутствие истинной связи.

Я подняла голову.

— Значит, так ты решил это назвать?

— Я называю вещи своими именами, — ответил Кайран.

— Нет. — Я скользнула взглядом по его лицу. — Ты пытаешься сделать их удобными.

В тронном зале снова стало тише.

Мне не нужно было смотреть на советников и придворных дам, чтобы почувствовать, как их дыхание стало осторожнее. Вот теперь им действительно стало интересно.

Кайран тоже это понял. В его глазах мелькнуло что-то тёмное, предупреждающее.

Я хорошо знала этот взгляд.

Он означал: не сейчас.

Но это «не сейчас» я слишком долго принимала за закон.

Сегодня — нет.

— Ты сам пришёл ко мне с предложением брака, — произнесла я. — Сам настоял на клятвах. Сам надел на меня браслет рода. И теперь, когда при дворе появилась удобная женщина с идеальной родословной и красивой легендой об истинности, ты решил, что я стала ошибкой?

— Нэйра, — тихо сказал он.

В его голосе всё ещё было предупреждение.

А у меня внутри уже поднималось что-то слишком долго сдерживаемое. Не истерика. Не слабость. Горечь, которая, кажется, наконец перестала помещаться в груди.

— Нет, генерал, — так же тихо ответила я. — Сегодня уж лучше выслушай.

По залу прошёл холодок.

Я впервые назвала его не по имени.

Вианора чуть склонила голову и, словно опасаясь за моё душевное состояние, произнесла своим певучим голосом:

— Нэйра, вам не нужно мучить себя. Иногда самые тяжёлые истины оказываются милосерднее лжи.

Я перевела на неё взгляд.

Как же она была красива.

И как же мне хотелось стереть это выражение сострадания с её безупречного лица.

— Благодарю за заботу, леди Эстель, — сказала я. — Но когда женщина приходит за чужим мужем, милосердие обычно не входит в её сильные стороны.

Впервые за всё время её улыбка дала трещину.

Незаметную. Крошечную.

Но я увидела.

Кайран сделал шаг вперёд.

— Довольно.

Только одно слово, а воздух в зале сразу налился тяжестью. В нём всегда было это — драконье умение подчинять пространство одним голосом. Когда-то оно действовало на меня иначе. Не давило. Обнимало. Заставляло чувствовать себя в безопасности рядом с самым страшным существом империи.

Теперь я впервые почувствовала его против себя.

И это оказалось больнее, чем я ожидала.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда ответь при всех. Ты действительно считаешь наш брак ошибкой?

Он не отвёл взгляда.

— Я считаю, что он был заключён по необходимости.

— А я?

Тень заминки.

Очень маленькая.

Но я её увидела тоже.

— Ты была моей женой по закону, — произнёс он ровно. — И останешься под защитой рода даже после расторжения брака.

Кажется, кто-то из дам у колонн облегчённо выдохнул. Какая щедрость. Какая честь. Он даже не выбрасывает меня на улицу без содержания.

Мне стало так противно, что захотелось рассмеяться.

— Как великодушно, — сказала я.

— Не превращай это в спектакль.

— Этоя превращаю? — Я коснулась пальцами края бумаг. — Не ты позвал весь двор посмотреть, как избавляешься от неистинной жены?