Книга Развод в 35. Я больше не твоя, страница 100 – Валери Овчинникова

— По южному блоку две правки, — сказал он, протягивая мне лист. — И сегодня в три встреча с «РосТехПоставкой». Вы будете фиксировать. Сможете?

— Да.

— Точно?

Я напряглась.

— Почему вы спрашиваете?

— Потому что вчера вы спали, судя по лицу, часа три.

Вот спасибо.

Прямо комплимент мечты. Не «вам идет платье», не «вы хорошо держитесь», а «вы выглядите как человек, который спал три часа». Зато честно. Безопасно. Почти успокаивает.

— Четыре, — соврала я.

Он посмотрел так, что ложь стыдливо умерла между нами.

— Два с половиной, — призналась я.

— Плохо.

— Я знаю.

— Сегодня уйдете вовремя.

— У меня много задач.

— Поэтому уйдете вовремя. Завтра от вас будет больше пользы, если сегодня вы не рухнете лицом в клавиатуру.

Я сжала блокнот.

Вот. Опять. Нормальная забота, упакованная в грубоватую практичность. И сразу в голове голос Максима: «Когда он потребует свое…»

Я выпрямилась.

— Кирилл Сергеевич, мне нужно кое-что сказать.

Он отложил ручку.

— Говорите.

Я заранее пожалела, что начала. Но отступать было поздно.

— Я благодарна вам за справку, за вчерашний звонок, за то, что вы отпустили меня к детям. Правда. Но я не хочу, чтобы вы вмешивались в мои личные проблемы больше, чем это касается работы.

Тишина.

Очень неприятная.

Такая тишина, в которой человек с нормальным инстинктом самосохранения уже начинает мысленно собирать вещи со стола. Я пока вещей не имела. Только блокнот, ручку и временную уверенность, которая уже слегка трещала.

Власов смотрел на меня.

— Почему?

Вот именно этого вопроса я боялась.

Потому что ответ был ужасно унизительный. «Потому что мой муж написал, что мужчины вроде вас ничего не делают просто так, и я, женщина тридцати пяти лет, мать двоих детей, на секунду поверила, потому что за десять лет брака привыкла, что помощь потом используют против меня». Отличная речь для кабинета начальника. Прямо можно на корпоративе зачитать.

— Потому что это неправильно, — сказала я.

— Слабый ответ.

— Другого нет.

— Есть. Просто вы не хотите его говорить.

Я сжала зубы.

— Кирилл Сергеевич…

— Максим написал вам что-то про меня.

Я замерла.

Вот как он это делает? У него камера в моей голове? Или все мужчины после определенного уровня власти получают способность читать чужие попытки соврать по форме плеч?

— Это неважно.

— Если вы пришли ко мне с этим разговором, значит, важно.

Я отвернулась к окну.

За стеклом город жил своей обычной жизнью. Люди ехали на работу, пили кофе, ругались в пробках, не знали о моих судах и сообщениях. Завидую людям. Хотя, может, у каждого в сумке свой маленький развод. Просто не у всех он такой шумный.

— Он написал, что вы не будете помогать бесплатно, — сказала я наконец. — И что мужчины вроде вас ничего не делают просто так.

В кабинете стало тихо.

Я сразу пожалела.

Стало стыдно. Очень. Как будто я не озвучила грязь Максима, а сама принесла ее в чистый кабинет и положила на стол рядом с документами.

— И вы решили уточнить цену? — спросил Власов.

Я резко повернулась.

— Нет!

Он смотрел спокойно. Но в глазах что-то изменилось. Потемнело.

— Тогда что?

— Я решила… — Я запнулась. — Я решила не создавать ситуации, где кто-то может подумать, что я пользуюсь вашей помощью.

— Кто-то — это Максим?

— И я тоже.

Вот.

Сказала.

Теперь точно можно проваливаться.