Книга Гувернантка. Личная тайна его превосходительства, страница 112 – Полина Никитина

— Сбегу, – прорычал колодник, отчего сходство с загнанным зверем стало максимальным. – И перережу каждого.

“Он прав, – жестокая мысль обожгла сознание. – Он уже раз вернулся мстить. И найдёт способ снова сбежать. Строганову, Даше, папеньке. Таким ублюдкам нельзя жить.”

Воздуха в лёгких не хватало. Каждый вдох давался ценой новой волны боли от острого стекла. Но в какой-то момент стало легче.

Я поняла.

“Один раз я уже умерла, а второй – уже не так страшно. Рискну! Безродный выше меня, а Строганов меткий стрелок. Иначе не получил бы такую должность. И Светлоярск вздохнёт спокойно, и больше никто не посмеет тронуть Дашу.”

— Стреляйте! – крикнула, срывая голос, обращаясь к его превосходительству. – Плевать на меня! Ваша цель – он!

Дмитрий Александрович перевёл взгляд на меня. И несмотря на темноту, ориентируясь лишь на слабые отблески я смогла увидеть там неверие и отрицание. Надеюсь, это не была игра воображения.

“Ну же, стреляйте ему в голову! Вы не промахнётесь, – мысленно произнесла едва не по слогам. – Я вам доверяю.”

Безродный снова начал пятиться, закрываясь мной как щитом.

— Не дамся живым ни одному собачьему сыну! – прохрипел он. – И эту тварь с собой на тот свет утащу!

— Рот закрой, урод конченный! – взревела я, осознав, что все его жертвы были испуганными и покорными. И я своим поведением могу сломать его отработанную схему. Выбить из колеи.

Голос сорвался на булькающий хрип.

— Стреляйте!

Я скорее почувствовала, чем услышала движение. Из тени стены, никем не замеченный, на Безродного молча рванул Георгий.

Колодник отвлёкся. Всего на секунду ослабил хватку, но этого хватило!

Я дёрнулась в противоположную от осколка сторону и что есть мочи саданула его каблуком по хромой ноге.

В тот же момент грохнул выстрел, и я застыла, не дыша. Сзади, где-то совсем близко, послышался глухой удар.

Медленно развернулась, прижимая ладонь к ране на шее и истерично хохотнула, увидев грузное, неподвижное тело, распластанное по земле.

Это конец.

Безродный мёртв.

Я попыталась сделать шаг, но перед глазами потемнело, и сознание провалилось в пустоту.

Как и в прошлый раз не было ни тоннеля со светом в конце, ни голосов, которые могли принадлежать ранее ушедшим родственникам, ни видений. Просто темнота, а потом медленное, тягучее возвращение в реальность.

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что лежу в кровати, а вокруг приятная полутьма.

Шея саднила ноющей болью, как будто кто-то долго тёр кожу грубой тканью. Я осторожно повернула голову вправо, и порез отозвался неприятным покалыванием.

“Жива, – мелькнуло в голове. – Жива. Вопрос, только где? Вернулась ли я в своё время? Или всё ещё в Светлоярске? Или меня ещё куда занесло?”

Руки затекли, и у меня не сразу получилось пошевелить пальцами. Я задела локтем грубую ткань одеяла, и едва не зашипела – похоже, при падении ушиблась, либо стесала кожу.

“Слава Богу, не парализовало.”

И лишь потом я поняла, что на краю кровати кто-то спал.

Повернув голову, я увидела до боли знакомую кудрявую макушку. Даша спала полусидя, уткнувшись лицом мне под бок, и обнимала меня за талию.

Секунда недоумения, и на меня лавиной обрушились пережитые воспоминания.

Тёмный подвал, откуда тянуло сыростью и гнилью. Безродный, выбегающий на улицу и со всей силы отталкивающий конвойного. Осколок у горла, который впивается в кожу при малейшем движении.