Книга Странная женщина, страница 98 – Татьяна Тронина, Елена Усачева, Елена Нестерина, и др.

Узнав о том, что Варя собирается выплачивать её долги и что она купила брату компьютер, мама Люба покачала головой:

— Странная ты, Варька!

Варе и прежде часто приходилось слышать эту фразу в свой адрес из уст матери, однако в этот раз мама Люба сказала их с другой интонацией – не с упреком, а, пожалуй, с удивлением. Варя хотела отделаться привычным: «всё нормально, мать», но почему-то голос дрогнул:

— Мама, всё будет хорошо… вот увидишь.

Однако в хорошее мама Люба теперь не верила. Казалось, она потеряла всякий интерес к происходящему – дни напролёт безучастно сидела у телевизора – не человек, а безжизненное чучело телезрителя, наряды пылились в шкафах. Поняв, что в жизни мамы Любы любви-то и не было, дочь пожалела мать и, чтобы ей как-то помочь, накупила для неё много дисков с фильмами, каждый из которых заканчивался абсолютным хеппи-эндом. Варя даже согласилась пару фильмов посмотреть вместе с матерью.

Однако на просмотре незамысловатой бразильской мелодрамы – одной из сотен ей подобных, видя, как мама Люба переживает, схватившись за сердце, киногурман Варя не выдержала:

— Мам, ты что?! Неужели ты воспринимаешь эту муру всерьёз?

— Ты не понимаешь! – отмахнулась мама Люба. – Это же фильм про меня!

Варя застыла от удивления: казалось бы, что общего может быть у пятидесятипятилетней работницы метрополитена из Санкт-Петербурга и сироты, жертвы злых обстоятельств и адского злодея дона Хуана, – юной Марии из Бразилии?! А вот поди ж ты, «фильм про меня!». Наблюдая за тем, как мама Люба во время просмотра фильмов радуется, льёт слёзы и расцветает в несокрушимо счастливом финале (сто пудов оптимизма и ещё один – для надёжности), Варя призадумалась: может, не стоит так категорично относиться к третьему акту в кинематографе да и в жизни?! В конце концов, куда нам без утешения?

Постепенно мама Люба оттаивала. Чтобы закрепить эффект её выздоровления, Варя решила отправить мать в путешествие к морю – погреться (любой женщине осенью это нужно, особенно если последний раз она видела море двадцать лет назад), и на часть кредитных денег купила ей путевку в Крым. Мама Люба собрала чемодан с нарядами и, довольная, уехала. Так что всё как-то устраивалось, хотя Варе было понятно, что осуществление её мечты на время откладывается и со ВГИКом придётся повременить. Тем не менее внутри её была спокойная уверенность в том, что цветок её мечты не завянет. Всё случится, нужно просто ждать и искать свою историю.

…Однажды вечером, вскоре после отъезда мамы Любы в Крым, возвращаясь после работы домой, Варя ещё в лифте услышала шум, а затем увидела дикую сцену, разыгравшуюся прямо перед её дверью. Тот самый парень-очкарик с лохматой собакой кричал на незнакомого Варе мужика, требуя, чтобы тот немедленно убирался восвояси. Варя мгновенно догадалась, что незнакомый мужик – косая сажень в плечах – это коллектор, который опять пожаловал к Дроздовым «взыскать по счетам», хотя выплаты по маминым долгам Варвара осуществляла в соответствии с графиком. Поздоровавшись с Варей, очкарик объяснил ей, что, поднимаясь пешком к себе на девятый этаж, на площадке седьмого этажа он увидел, как этот вот здоровый тип расписывает Варину дверь ругательствами и режет телефонный провод. Варя не успела ему ничего ответить, потому что коллектор тут же посоветовал очкарику валить подобру-поздорову, пока тот не схлопотал по шее. Парень ответил, что никуда не уйдёт.