Книга Прибавление семейства, страница 111 – Мария Воронова

Наверное, это еще не полный список необходимых вещей.

Олеся остановилась в дверях спальни, прикидывая, как все это будет. Вечно лежащий человек, вечно разобранная постель… Стойкий запах нечистот и камфарного спирта… Кухня вся в парусах сохнущих простыней…

— Господи, как же я этого не хочу! – воскликнула она в полный голос, и сразу прикусила язык.

Нет слова «хочу», есть слово «надо»! Под этим лозунгом Олеся прожила все детство, да и потом мало что изменилось. Только отвратительные эгоисты делают, что им хочется, а хорошие девочки в первую очередь думают о папе с мамой, во вторую о человечестве в целом, и только после этого… А после этого ничего и не остается.

Кому какое дело, что она наконец пережила трагедию развода и захотела жить? Разве имеет значение ее желание учиться, и без больных мужей нелепое и противоестественное в сорок пять лет? Главное, Саша нуждается в ее помощи, значит, отказаться нельзя.

Вечером позвонила дочка:

— Ну что, мам, правильно, что ты папу забираешь, – сразу приступила она к сути. – Так будет лучше для всех, и нам спокойнее, что он дома, а не непонятно где.

— У законной жены, – зачем-то возразила Олеся.

— Да, я тебе как раз об этом хотела сказать, Вика хочет через загс задним числом разводиться, так вот не вздумай!

— Машуня, но развод это их дело, я в данной ситуации посторонний человек.

— Задним числом она себе все имущество заграбастает. Дачу уже на себя записала, а квартиру ты хрен разменяешь, потому что дом ведомственный. А мне, мам, кажется, что такой кусок слишком жирно ей будет за год жизни с нашим папой.

— Пожалуй, ты права.

— Так вот делай все по суду! – воскликнула Маша энергично. – Пусть как закон скажет, так и будет. Дача у нас появилась еще до его женитьбы на этой суке, а что она ее на себя переписала, потому что так удобнее, видите ли, заниматься стройкой, – это легко оспаривается в суде. С квартирой ничего не поделаешь, половину придется отдать, но вторую мы отстоять просто обязаны. Там легко разменивается на две однушки, между прочим.

— Маша, твой отец еще жив, и она будет разводиться с ним, а не с нами.

— Надо признать его недееспособным, оформить опекунство и заниматься всеми этими вопросами.

— Ты забываешь, что я ему теперь никто. Опекунство оформят на Вику, как на законную жену.

После небольшой паузы Маша обещала выяснить и разъединилась.

— Вот так, – сказала Олеся трубке, из которой неслись короткие гудки, – когда Вика у родной матери мужа увела, все равно осталась лучшая подруженька, а как дачу отобрала, сразу стала сука последняя.

И все же самый тяжелый разговор состоялся у нее с завучем. Заикаясь от смущения, как двоечница, не приготовившая домашнего задания, Олеся объяснила ситуацию, и сказала, что очень хочет вести ЭПСЖ и вообще выполнить все взятые на себя обязательства, но придется просить поблажки в составлении расписания и учитывать частые больничные по уходу.

— Да… – протянула Зоя Семеновна, – но вы же в разводе, насколько мне известно.

Олеся пробормотала, что скоро вновь свяжет себя узами брака.

— Даже не знаю, поздравлять мне вас в данной ситуации или нет, – усмехнулась завуч, – а о ваших планах поступать в институт, полагаю, и спрашивать не стоит?

Олеся отмахнулась:

— Какое там…

Завуч подошла к окну, распахнула форточку, достала сигареты, и, когда Олеся отказалась от угощения, с удовольствием закурила.