Книга Цветы молнии, страница 119 – Джей Тодд Скотт

— У вас репутация профессионала, детектив Рен, – возразил Рио. – Видите ли, я и сам новенький в группе реагирования, меня даже не перевели в ОПА–5. Я прохожу обучение в ОПА–1 и просто предложил подсобить. Не было никакого жребия. Я слишком мало знаю, чтобы судить вас или кого-либо еще. Сегодня я обычный водитель.

Она окидывает его долгим цепким взглядом, к которому Адан в отличие от многих коллег успеет за годы привыкнуть. Позже он поймет, что Линнея оценивала его, впервые всматривалась в него, пытаясь разгадать, кем он был раньше и что успел повидать.

— Вы когда-нибудь расследовали убийство, агент Рио?

— Нет, – честно отвечает тот. – Ни разу.

— А на чем специализируетесь? Чем обычно занимаетесь?

Ему не хотелось увядать под ее взглядом, поэтому Рио ответил вопросом на вопрос:

— Мне сказали, что вы пятнадцать лет проработали полицейской. Вы хоть раз использовали оружие на службе? Стреляли в живого подозреваемого?

Линнея сникла и растерянно заморгала.

— Нет.

— Вот на этом я и специализируюсь, детектив Рен, – припечатывает Адан и, не давая ей опомниться, добавляет: – Если вы считаете нас всех неумехами, зачем тогда приезжать сюда и работать с другими агентами?

— Затем, что у меня есть дар, какого нет почти ни у кого, и если я сумею спасти хоть одну жизнь – оно того стоит.

— Вот и славно. Но… вы вроде не из таких.

— В смысле?

— Мне вас описывали как холодную, бездушную стерву. Похоже, насчет бездушной народ ошибся.

Всю дорогу до Куантико Линнея молчала. Рио тоже.

Через неделю она пригласила его на обед и рассказала о первой в своей практике жертве серийника, молоденькой Эрин Берн, и о человеке, который ту убил, – Брайане Уоллесе Мершоне.

Еще через две недели Рио попросил перевести его в ОПА–5, чтобы работать в паре с Линнеей Рен.

* * *

— Мне очень жаль, – говорит Линнея, когда Рио открывает глаза. – Так жаль, что ты и представить себе не можешь.

Он косится в окно, пытаясь оценить, какое время суток, который час, как долго он опять пролежал без сознания и сколько уже напарница сидит возле его кровати. Все будто смешалось, Адан то просыпается, то опять отключается, а закатное солнце бросает лучи на постель и пол. Вчера или позавчера заходил Швайгер. Они говорили о Линнее и их серий-нике.

— Тебе ведь нужно было поехать домой…

— Я и поехала – потому что ты, зараза, заставил дать тебе слово! Помнишь?

Он не помнит, но ему приятно, что она его послушала.

— Вообще-то ты и сейчас должна быть дома. – Рио пытается сесть.

— Прости, что бросила тебя здесь, и не только за это. За Стейнс тоже… Я не… я не смогла тебе помочь. Меня парализовало от страха. Я ничего не предприняла. – Линнея хватает его за руку и так крепко сжимает, что Рио морщится. – Больше никогда не оставлю тебя одного!

Линнея наклоняется и целует его в лоб – быстро, мимолетно и прохладно. Выглядит она и уставшей, и отдохнувшей, и даже по-своему обновленной, хотя мотается туда-сюда по стране. Ей было полезно заскочить домой.

— Мы слишком долбанутые, чтобы работать с кем-то еще, – продолжает Линнея.

— Точно, – улыбается Адан. Откидывает ей волосы через плечо и замечает, что на шее у нее по-прежнему покачивается фульгуритовый кулон Тассы Линскотт. – Как там Дэн?

— Злится на меня, и на полном основании, – но он понимает. Тоже волнуется за тебя и рад, что ты в порядке. Когда закончим, я его задобрю. Когда мы оба закончим с этим делом.