Онлайн книга «Варяг IV»
|
Мои херсиры отрабатывали различные приемы. Они двигались парами, тройками, иногда целыми шеренгами, и грохот деревянных мечей о деревянные щиты доносился до меня даже сквозь весенний ветер. Там были и женщины-воительницы. Одна из них, рыжеволосая, с россыпью веснушек на лице, только что уложила на лопатки здоровенного парня, который был выше ее на две головы. Он рухнул на землю с глухим стуком, взметнув фонтан грязи, и она тут же приставила деревянный меч к его горлу. — Мертв, — сказала она спокойно. — В следующий раз смотри под ноги, а не на мои сиськи. Парень засмеялся, признавая поражение. Встал, отряхнулся, и они снова сошлись в учебном поединке. Истинные викинги. Я усмехнулся, опираясь на перила балкона. Солнце пригревало спину, ветер играл с моими волосами… И всё же… Как быстро летело время! После разговора с Берром прошло четыре месяца. Это много и мало одновременно. Много, если считать события, которыми они были наполнены. Мало, если думать о том, сколько еще предстояло сделать. С Эйвиндом мы организовали питейные заведения по всему Буяну. Таверны вырастали даже в мелких деревушках, затерянных среди лесов и болот. Эйвинд носился по острову как угорелый, лично выбирая места, договариваясь с хозяевами, нанимая людей. Помню, как он вернулся из одной такой поездки — весь в грязи, борода свалялась, глаза горят. — Рюрик! — закричал он еще с порога. — Ты не поверишь! В Рыбьей Бухте такая таверна будет — пальчики оближешь! Там одна вдова, мужа в прошлом году медведь задрал, так она одна с тремя детьми мыкается. Я ей предложил — она чуть не расплакалась. Говорит, век буду Фрейра благодарить за твое здоровье. Я слушал его и улыбался. Он вкладывал в это дело всю свою кипучую энергию, и у него получалось. Секрет был прост: люди много работали на стройке Новгорода, на заготовке леса для будущих кораблей, в кузнях, на рудниках. Им требовалась разрядка. Место, где можно выпить, поесть горячего, послушать скальда, поговорить с друзьями. И на эту разрядку у них были деньги. Я платил каждому занятому человеку за его труды из собственной казны. Не скупился. Честная работа стоила честной оплаты. Благо ресурсов хватало. Железо и серебро, которое мы начали добывать в горах, шло на инструменты, монеты и оружие. Лес из Сумрачного леса — на дома и корабли. Рыба из фьордов — на еду и на продажу заезжим купцам. Деньги текли рекой, и я направлял этот поток туда, где он был нужнее всего. Часть заработанного люди спускали в тавернах. А таверны принадлежали отчасти мне. Деньги возвращались. Я называл этот круг «экономикой». Эйвинд называл «колдовством». Берр называл «гениальностью». Астрид просто пожимала плечами и говорила: «Главное, чтобы все были сыты». Платил я щедро. Поэтому новгородцы и буянборгцы с пониманием отнеслись к маленьким, посильным ежемесячным поборам. Я назвал их так же, как они назывались и в моем мире — налоги. Конечно, были и те, кто возмущался. Старые бонды, привыкшие к вольнице. Хёвдинги, считавшие, что конунг должен кормиться с войны, а не с мирного труда. Люди, которым любое новшество казалось покушением на древние устои. Я помню одного такого — звали его Альв, старый, сморщенный, как сушеная рыба, но глаза злые, колючие. Он пришел ко мне на тинг и орал так, что слюна летела во все стороны: «Ты что удумал, выскочка⁈ Дань с нас собирать, как с каких-то южан⁈ Мы свободные люди, мы никому не платили, даже Бьёрну, да угостит его мёдом Тор, платили только по доброй воле, а ты…» |