Онлайн книга «Варяг II»
|
Мы стояли спиной к спине — я, Эйвинд и Лейф. И в этой геометрии была наша сила, которой хватило с лихвой, чтобы сломать хребет внезапной атаке. В какой-то момент бой стих так же быстро, как и начался. На земле, в зловещем свете догорающего корабля, лежали тела наемников. Воздух горчил кровью и смертью. Их предводитель отступал к лесу. Его холодный расчет, его идеальный план дал сбой, наткнувшись на нашу неожиданную готовность. — Никуда не денешься, ублюдок! — крикнул Эйвинд, и, размахнувшись, метнул тяжелое копье, которое подобрал у одного из павших. Древко с глухим, сочным стуком вонзилось в бедро беглеца. Он с коротким, сдавленным криком споткнулся и покатился по траве, лицо его исказила гримаса боли и ярости. Но даже тогда, в отчаянии, он выхватил из-за пояса короткий изогнутый кинжал и с рывком, волоча раненую ногу, бросился на меня, целясь в горло. Его глаза горели безумием последнего шанса. Но его остановила стена из дуба и железа. Лейф, не сдвинувшись с места, принял удар на свой массивный щит. Несчастный отлетел, как щепка, теряя кинжал. Мы оказались на нем в мгновение ока и придавили его к земле. Беглеца скрутили сыромятными ремнями. Но он, истекая кровью, засмеялся истеричным, безумным хохотом. — Не повезло, так не повезло! — плюнул он. — Но ты, Рюрик, все равно скоро сдохнешь! Сигурд просто так тебя не оставит! Он найдет тебя даже в Хельхейме, если понадобится! Ты обречен! Я холодно взглянул на него, переводя дух, чувствуя, как дрожь от адреналина сходит с рук. Боль, усталость, ярость — все это было отброшено, как ненужный хлам. Включился внутренний аналитик, который увидел перед собой уникальную возможность… — Оставьте его в живых, — стальным голосом приказал я. — Перевяжите рану. Не дайте ему умереть. Чуть позже я сам развяжу ему язык. Чувствую, этот человек пригодится нам на будущем Тинге. Как живое, говорящее доказательство предательства. * * * Торгнир вступил на родные улицы Альфборга без победы… Будто пёс, вернувшимся с пустой охоты, с повинной головой. Дорожная пыль серой и едкой взвесью забила поры, смешалась с потом унижения и бесплодной злости. Он так и не смог поймать поджигателей. Ни следов, ни трупов, ни даже клочка одежды. Только слухи, страхи и шепот леса, уносящий все ответы. Он прочесал каждую лощину, каждую чащобу — и ничего. Горожане смотрели на него со смешанными чувствами. Кто-то хмурился. Кто-то радовался. Кто-то просто отворачивался и притворялся, что ничего не замечает за важными бытовыми делами. В некоторых взглядах он угадывал жалкую, несбыточную надежду на то, что он, младший, исправит то, чего не смогли старшие. Что он, Торгнир, принесет им уверенность в завтрашнем дне. Каждый такой взгляд, полный немого вопроса, был каплей раскаленного металла, падающей в бочку с порохом его души. Отец… намеренно послал его на этот провал. Унизил. Снова поставил на второе место, в тень брата-великана. Когда младший сын открыл двери главного дома в Альфборге, он уже знал, какой тяжелый разговор ему предстоит… Ульрик сидел в своем резном кресле, укрывшись мехами, и Торгнир с первого взгляда понял — отец по-прежнему слаб. Но в глазах старого викинга, глубоко на дне, все еще тлели угли былого гнева. — Ну? — скрипнул обвинением голос Ульрика. — Где они? Где головы этих поджигателей? Мне нужно хоть одно живое доказательство коварства Сигурда, чтобы тыкать им в нос Бьёрну! |