Книга Кодекс Магических Зверей 5, страница 101 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

За прилавком возился невысокий, опрятно одетый старичок с круглыми очками на кончике носа.

— Добрый день, молодой человек, — приветливо произнес он, не поднимая глаз. — Если что-то понадобится, я всегда рядом. Просто окликните.

— Спасибо, — отозвался я. — Я пока осмотрюсь.

— Конечно-конечно.

Я медленно прошёл вдоль стен, разглядывая ассортимент. На первой полке стояли маленькие глиняные горшочки с притёртыми крышками. Над ними висела табличка: «Тёплая глина Бурого источника. Держит тепло шесть часов после нагрева. Полезна для суставов и компрессов».

Вторую полку занимали гранёные камушки разных оттенков серого. «Тихий камень. При сжатии в ладони гасит звук в радиусе шага на одну минуту». Полезно для тех, кто не хочет, чтобы соседи подслушивали семейные ссоры.

Третья полка меня окончательно покорила. Не ней лежали мотки тонких переливающихся нитей. Табличка рядом гласила: «Нити Полуночной паучихи. Прочнее конского волоса в шесть раз. Не горят в обычном огне».

Ну-ка…

[Обнаружено: Нити Полуночной паучихи]

[Свойства: Высокая стерильность и прочность. Совместимы с живыми тканями, саморассасываются за три недели]

[Качество: Отличное]

Вот это полезная находка! Судя по описанию, я смогу использовать их в качестве хирургической лигатуры взамен той, что нашёл в лавке.

Скосив взгляд на цену, приятно удивился.

— Подскажите, — я обернулся к старичку, — у вас есть ледяные камни?

Он поднял взгляд и посмотрел на меня поверх очков.

— Эх, молодой человек, — он развёл руками. — На прошлой неделе всё разобрали. Сегодня уже двое спрашивали, я их с тем же ответом отправил. Новая партия будет через неделю, не раньше.

— Понятно.

— Загляните в «Дары Леса», — старичок мотнул головой куда-то в сторону окна. — У них вчера была поставка, может, и камни принесли.

— Не подскажите, как туда пройти? — спросил я, чтобы убедиться, правильно ли запомнил дорогу.

— Конечно, идите прямо по улице мимо площади, у фонтана поверните налево. Третья дверь по правой стороне — та, что вам нужна, на ней ещё прибита железная подкова с шипом, не пропустите.

— Спасибо. Дайте, пожалуйста, три мотка нитей полуночной паучихи.

— Конечно! — он быстро собрал необходимое и передал мне небольшой мешочек. — С вас три серебряных марки.

Положив монеты на прилавок, я убрал покупки в ранец, попрощался и вышел на улицу под тихий звон дверного колокольчика.

Я отошел на десяток шагов и вдруг наткнулся взглядом на собственное отражение в чистой витрине напротив. На меня смотрел человек, которого мать родная не пустила бы за стол. Волосы свисали патлами, а на щеках обозначилась внушительная щетина.

— Ляпота, — буркнул я.

Я скользнул взглядом по улице и заметил над одной из дверей висящий медный круг с прицепленными ножницами — универсальный знак цирюльни во всех мирах. Хмыкнув, направился туда.

Внутри помещения пахло мылом. Под низким дощатым потолком расположились два кресла. У стены стояла кадка для мытья головы, рядом полка с мылом, склянками и стопкой полотенец, а на крюке висел кожаный ремень для правки бритв.

Сам цирюльник, дядька почти двухметрового роста с короткими седеющими висками и руками-лопатами, неторопливо мыл голову лысеющему господину. Увидев меня, он кивнул и указал глазами на лавку.

— Минуту, уважаемый.