Книга Укротитель Драконов 1, страница 43 – Ярослав Мечников

Голова широкая и плоская, с массивной нижней челюстью и костяным гребнем, который шёл от лба к затылку. Глаза маленькие, глубоко посаженные, тёмные — смотрели в никуда.

Я почувствовал знакомый сдвиг.

[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Каменный — Взрослый]

[Физическое состояние:]

[— Хроническое недоедание: умеренное]

[— Мышечная атрофия: правое крыло (старая травма, неправильно сросшийся сустав)]

[— Ожоги: множественные, застарелые (не менее 8, различной давности)]

[— Сколы чешуи: лобная область, левый бок]

[Эмоциональный фон:]

[— Страх: [██░░░░░░░░] 15 %]

[— Агрессия: [░░░░░░░░░░] 2 %]

[— Боль: [███░░░░░░░] 27 %]

[— Апатия: [██████████] 97 %]

[Уровень стресса: НИЗКИЙ (подавлен)]

[Доминантность: отсутствует]

[Готовность к контакту: [███░░░░░░░] 31 %]

[Стереотипное поведение: не выявлено]

[Статус: полностью подчинён. Выученная беспомощность — терминальная стадия]

Девяносто семь процентов апатии. Два процента агрессии.

Я стоял и смотрел, как Трещина ведёт его через площадку. Дрейк шёл послушно, как скотина идёт на водопой — по привычке, без мысли и сопротивления. Цепь провисала между ним и стариком. Шёл туда, куда вели, потому что давно забыл, что можно идти куда-то ещё.

Зверь когда-то был красивым. Мощный костяк, широкая грудь, лапы, которые были сделаны для того, чтобы рыть скалу и стоять на ветру — теперь он шёл на цепи за стариком и не поднимал головы.

Трещина остановился посреди площадки. Дрейк остановился тоже.

Я стоял в строю, среди мокрых, грязных тел, и смотрел на дракона. Завороженно — потому что он был настоящий, живой, огромный и невозможный, в метрах от меня, и чешуя его была тёплой даже на вид, и воздух вокруг него пах серой и нагретым камнем.

И с жалостью — потому что глаза у него были такие же, как у той Мшистой виверны в клетке. Открытые и пустые.

Трещина стоял рядом с дрейком, и цепь в его руке провисала тяжёлой мёртвой дугой.

Трещина остановился в трёх шагах от дрейка и повернулся к строю. Кнут в руке висел свободно, кончик касался земли. Не длинный, метра полтора, из чего-то тёмного и плотного, чешуйчатого на вид — будто драконья кожа.

— Смотреть, — сказал старик. — Смотреть и запоминать. Кха.

Он повернулся к дрейку. Зверь стоял на месте, голова опущена, цепь провисала. Трещина поднял левую руку. Ладонь вверх, пальцы растопырены.

— Стой.

Дрейк не шевельнулся, он и так стоял, но что-то изменилось в позе. Лапы чуть раздвинулись, хвост замер, даже кончик перестал елозить по камню. Зверь зафиксировался, как вкопанный.

Трещина опустил руку, подождал секунду, потом сжал кулак и потянул к себе.

— Ко мне.

Дрейк двинулся переставляя лапы одну за другой. Когти скрежетали по камню. Он подошёл к старику вплотную и остановился. Голова на уровне плеча Трещины. Глаза смотрели куда-то мимо, в сторону, в никуда.

— Лежать. — Ладонь вниз, резкое движение.

Дракон сложился, подогнув передние лапы, потом задние, и улёгся на живот, прижав подбородок к земле. Крылья плотно к бокам. Хвост обернул вокруг тела. Движение было гладким и отточенным, как у цирковой лошади, которая ложится по хлопку.

— Пасть. — Щелчок пальцами у собственного рта.

Зверь раскрыл челюсти широко, до упора. Зубы жёлтые, длинные, в несколько рядов. Язык тёмный, сизый, лежал на нижней челюсти неподвижно. Из глотки шёл слабый жар, воздух над пастью чуть дрожал. Зверь лежал с раскрытой пастью и ждал, пока ему разрешат закрыть.