Книга Системный Кузнец XII, страница 79 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Не дал.

Цепь продолжала тащить вниз. Уши резало изнутри. Крюк отстегнулся от его кисти, хотя сам остался во чешуе зверя. Кренн оттолкнулся обеими ногами от пластины и пошёл вверх.

Над головой плясали тёмные пятна обломков «Чайки», между ними кое-где шевелились живые. Сверху, через мутную воду, пробивался серый штормовой свет. До поверхности очень далеко.

Кренн заработал ногами и свободной рукой, выгребая наверх изо всех сил.

«Хрен я сдохну», подумал он спокойно. «Хрен я сдохну так».

Зал совета у Гильдии Огня и Стали был круглым, с высоким сводом из чёрного базальта, и под этим сводом каждое слово отдавалось коротким эхом.

Я стоял посередине, на отполированной плите с выбитым в камне знаком молота и пламени.

Совет сидел напротив полукругом. Четыре кресла, четверо в креслах. По центру Грандмастер Иль-Примо, в белом фартуке поверх простой рубахи, как будто его подняли от наковальни. Слева от него леди Сильвия, прямая, гладко убранная, руки сложены на коленях. Справа Гор, заполняющий кресло так, что подлокотники из-под него едва выглядывали. С краю Октавио, сухой и длинный, лицо как у вырезанного из дерева святого.

По правую руку от меня, на боковой ложе, сидел Брок. Рядом с ним полноватый кряжистый старик с обветренным лицом и двумя шрамами через бровь и щёку, в простом кожаном колете без отличий, и двое его помощников. Гильдия Ядра, значит. Сам магистр пожаловал что-ли.

По левую руку, на такой же ложе, сидели целители духа. Женщина лет сорока пяти, светловолосая, с уставшими глазами, у уголков губ собирались мелкие морщины. Рядом с ней лысый худощавый мужчина, кожа такая бледная, что казалась голубоватой при свете жаровен. Чем-то он был похож на Ориана, только тот был смуглым, а этот словно никогда не выходил на солнце. Позади них, в тени второго ряда, у стены, стоял Алекс — маленький, в чужом сером балахоне, прижимая к груди свою сумку. Поймал мой взгляд, кивнул едва заметно.

Зверёк в кармане куртки завозился, и я положил ладонь поверх ткани, прижал. Тёплый.

Так. И как я сюда попал?

В каморку, куда меня сунули у нижних ворот, через часа три пришли четверо стражников и десятник. Без объяснений. Подняли, провели по коридорам, через лестницы, через переходы, мимо постов с алебардами. Привели сюда. Поставили на плиту. Двое стражников отошли к стенам, двое за моей спиной. Дверь закрылась.

И вот теперь смотрю на четверых людей в креслах, и думаю одно. Сидят с такими лицами, будто держат остров на ладони, а по делу прошляпили громадную ящерицу, которая неизвестно сколько лет ворочалась у них под основанием Цитадели. Слепцы.

Сначала подумал, что меня собираются судить за уход без разрешения, за камень — за всё разом. Только при чём здесь магистр Гильдии Ядра и Брок? И при чём здесь целители духа? Про целителей я слышал только от Алекса, да ещё от Лоренцо, когда тот уверял, что они меня смогут вылечить.

Иль-Примо положил ладони на подлокотники. Глаза у него чистые, но в самой глубине я уловил то, чего не было ни у кого из остальных — растерянность. Старик растерялся, и единственный из четверых не пытался это скрыть.

— Кай Северянин, — проговорил он сухо. Голос отдался эхом под сводом.

Я не ответил. Молчал и ждал, что скажет дальше. Скосил глаза на Брока. Тот смотрел в ответ прямо, и в зрачках у него поблёскивало знакомое, охотничье — что-то задумали.