Книга Системный Кузнец XII, страница 77 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— На приманку должен бы клюнуть. По времени.

— Не клюёт.

— Следи внимательнее.

— Слежу.

Несколько ударов сердца Сильвио стоял молча. Ветер хлестнул в лицо очередной горстью брызг, тучи опустились ещё ниже. Где-то далеко за «Молотом» громыхнуло с задержкой. Остров на горизонте пропал в пелене дождя, виднелись только размытые тёмные скалы.

— Под нами. Ближе. — Сильвио сказал тихо.

— Бесы. — Кренн обернулся к корме, заорал во всё горло: — Микеле! Выжимай из посудины всё, что есть! Полный ход! Бартоло, больше приманки! Жги масло!

«Чайка» рванула. Паруса налились, мачта скрипнула, корпус задрожал. Микеле вцепился в румпель, на щеках у него надулись жилы. Кренн чувствовал ногами через палубу, как идёт корпус, и понимал, что идёт хорошо, идёт быстро. Только хорошо и быстро уже могло не помочь.

— Двести шагов, — выдохнул Сильвио. — Сто пятьдесят. Несётся.

Тогда Кренн понял.

Понял всё разом, как понимаешь под ударом, в ту секунду, когда уже ничего не сделать, но мозг успевает прокрутить картину до конца. Зверь умнее и быстрее. Зверь видит и чует через эту воду лучше, чем Сильвио чует его. Приманка не работает, потому что Левиафан шёл не на запах, а на них — на «Серую Чайку» и на него, Кренна.

— В воду! — рявкнул он так, что собственный голос сорвался. — Все в воду! Сейчас! Прыгай, кому жизнь дорога!

Команда среагировала, как реагируют те, кто кормится с моря годами — без криков и споров. Стрелки у бортов на секунду застыли с белыми лицами, потом, сжав зубы, попрыгали через фальшборт один за другим. Микеле бросил румпель, перевалился через борт и ушёл бородой вперёд. Сильвио прыгнул, не открывая глаз.

Кренн рванул к корме. На бегу схватил с креплений тяжёлый крюк с цепью, замотанной в бухту, продел ладонь в петлю на конце. Древко тесака зажал под мышкой. Горн плеснул в ноги жара, и он оттолкнулся от планшира кормовой надстройки в длинный прыжок, как умел только он, помогая себе ветром и собственной Ци.

Уходя в воздух, успел подумать одно: цепляться. Когда зверь покажется, цепляться.

Под ним полыхнуло.

Море вспучилось под «Чайкой» с утробным «ух», и шлюп подбросило целиком, как ребёнок подбрасывает деревянную игрушку. Треск раздался такой, что заложило уши даже сквозь свист ветра. Мачта переломилась пополам, паруса разлетелись лоскутами. Доски обшивки, бочки, ящики, тела стрелков, не успевших прыгнуть, всё это пошло вверх и в стороны одним облаком щепы и брызг.

Кренн в полёте обернулся через плечо.

И увидел.

Туша поднималась из воды, как поднимается небольшой остров. Тёмная, длинная, с гребнем шипов по хребту. Чешуя такой плотности и такого цвета, какого Кренн за свои пятьдесят с лишним лет ни на одном звере не встречал. Серо-зелёная, с радужным отливом по краям пластин, и каждая пластина размером с тележное колесо. «Чайка» под этой тушей выглядела не кораблём, а охапкой соломы.

Удар об воду.

Кренн ушёл вниз с головой, цепь крюка запуталась за кисть, тесак едва не вырвало из-под мышки. Солёная вода ударила в нос и горло, защипало глаза. Сквозь муть увидел рядом часть туши, движущуюся мимо, как движется борт огромной галеры мимо лодочки.

Огромен. Невозможно огромен.

Хаос и страх мужчина отбросил: не было на это времени и не было в этом смысла. Кренн заработал ногами, выгребая к чешуе, видя, как она уходит вверх, потому что зверь выпрыгивал. Сейчас пойдёт назад в воду, и волна от его падения подтопит Ферро-Акудо к чёрту, прокатится через гавань стеной.