Книга Системный Кузнец XI, страница 75 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Тут и там на вертикальных стенах ущелья начали попадаться странные наросты. Они выглядели как пористые, коралловидные опухоли, вросшие прямо в породу.

Я скользнул по ним взглядом, ожидая системной подсказки:

[Объект: Биоминеральный концентрат (Аномалия).]

[Анализ: Структура не определена. Отсутствуют данные в Библиотеке материалов.]

[Внимание: Повышенный радиационный фон Ци.]

Система, которая обычно щелкала материалы как орехи, в этот раз просто выдала пустышку. Это уже неприятно.

— Что это за дрянь на камнях? — я кивнул на очередной бугристо-пористый нарост. В темноте он казался застывшим нарывом на теле горы.

Чезара остановилась на секунду, скользнув взглядом по стене.

— Каменная плоть, — тихо ответила она. — Растения такие. Только на Иль-Ферро и растут. Никто не знает, как они умудряются корни в базальт вгонять, но если присмотришься — они его будто медленно переваривают. Не трогай их.

Она двинулась дальше, а я невольно спрятал руки в карманы куртки. Остров действительно был… странным. Пропитанным чем-то древним и чужим.

Вдруг Чезара замерла. Она прислушалась, медленно поворачивая голову, словно пыталась поймать едва уловимый звук за пеленой тумана. Глаза её лихорадочно обшаривали тёмные силуэты хребтов.

— В чём дело? — я невольно понизил голос, ощущая, как напряглись мышцы на загривке.

— Близко уже, — Чезара нахмурилась. — Но эти хребты… С ними всегда так. Иногда кажется, что они нарочно водят тебя кругами. Слышишь? Ветер гудит в щелях, а тропа будто сама под ногами сворачивает.

Я усмехнулся, хотя внутри было не по себе.

— Да ладно тебе. Камни — это просто камни, Чезара. Обычная акустика и лабиринт впотьмах. Мистика всё это.

Она посмотрела на меня внимательно, и в её серых глазах мелькнула странная жалость.

— Ты ещё ничего не понимаешь про этот вулкан, мастер. И про силу, что в нём спит. Духи вулкана — это не сказки для портовых пьяниц. Здесь гора живая. Она чувствует, кто идёт по её коже. И если ей не понравится гость…

Девушка не договорила, просто развернулась и пошла дальше, ступая ещё осторожнее, чем прежде. Я кивнул сам себе — ну, мол, ясно. Островная суеверность, въевшаяся в кости.

Мы петляли по ущельям ещё минут двадцать. Ноги уже гудели, но сознание постепенно начало фиксировать другое. Ци вокруг начала меняться. Воздух стал плотнее, в нём появился металлический привкус, а кожа начала ощущать мелкие покалывания, словно от статического электричества.

Мой Внутренний Горн отозвался низким гулом в глубине живота. Ци вокруг становилась гуще — она уплотнялась с каждым шагом, превращаясь в невидимый, горячий кисель. Энергия нарастала всё больше, и больше, и больше, и больше…

Чезара остановилась у очередной развилки, где скалы смыкались почти вплотную. Послышался сухой скрежет кремня, и спустя мгновение в её руках вспыхнул факел. Оранжевое пламя нехотя заплясало на ветру, отбрасывая длинные, ломаные тени на мокрый базальт.

— А я уж грешным делом подумал, что ты и в полной темноте видишь, — негромко пошутил я, стряхивая капли воды с капюшона.

Девушка обернулась, и блики огня отразились в её настороженных глазах.

— Почему это — «тоже»? — сухо спросила она.

— Да есть у меня один знакомый… — невольно вспомнил Торна. — От него тоже не ожидал такой прыти впотьмах.