Онлайн книга «Системный Кузнец VI»
|
Удар, поворот, удар. [Заготовка наконечника № 1] [Прогресс формовки: 34 %] [Структурная целостность: 91 %] [Рекомендация: увеличить частоту ударов на 15 %, снизить силу на 10 %.] Послушался совета Системы, изменив ритм — ручник в правой руке двигался быстрее и легче. Частые, уплотняющие удары, как барабанная дробь. Металл начал поддаваться. Искры брызнули веером, оранжевые с золотистыми всполохами — отражение души Кирина, живущей внутри сплава, каждая искра напоминание: это не просто сталь, а нечто большее. — Ульф, — позвал, не отрывая взгляда от наковальни. — Тяжёлый. Гигант шагнул вперёд. В его огромных руках кувалда казалась игрушкой. — Бить? — спросил Ульф, простодушные глаза блестели в отсветах горна. — Да, один удар. Сюда. Указал на утолщение в центре заготовки — там, где металл упрямился сильнее всего. Ульф кивнул с серьёзностью ребёнка, которому доверили важное дело. Кувалда взлетела и обрушилась с грохотом, от которого задрожал верстак — удар в указанное место с той силой, которая была нужна. [Деформация устранена.] [Прогресс формовки: 47 %] Снова подхватил ритм ручником — удар-поворот-удар. Металл пел под молотом, постепенно принимая форму трёхгранного наконечника. Внутренний Горн пульсировал теплом — чувствовал, как Ци расходуется с каждым ударом. После урока, когда чуть не отключился после расхода всей энергии, научился следить за этим, как опытный водитель следит за уровнем топлива. [Резерв Ци: 71 %] [Рекомендация: поддерживать уровень не ниже 40–50 % для стабильной работы.] Не опущусь ниже — правило, которое установил для себя, больше никаких полётов на пустом баке. Когда заготовка начала терять цвет — из оранжевого уходила в тёмно-вишнёвый, отложил молот и схватил клещи. — К горну, — бросил Ульфу. Гигант уже раздувал меха, мощные руки двигались с ритмичностью. Пламя взревело, выбросив язык жара, который опалил лицо с расстояния в полтора метра. Поднёс заготовку к огню, и одновременно открыл каналы. Огненная Ци хлынула в меня потоком расплавленного золота. Жар разлился по меридианам, наполняя Внутренний Горн, как вода наполняет пересохший колодец. Параллельно металл нагревался, видел, как цвет ползёт вверх по шкале — тёмно-вишнёвый, вишнёвый, ярко-красный, оранжевый. Когда заготовка достигла нужного тона — почти белого с лёгким желтоватым оттенком — выдернул из пламени и вернулся к наковальне. Снова удары и отлаженный ритм. За стеной, в нише Гюнтера, раздавался такой же перестук, но более тяжёлый и яростный. Мастер работал быстро, как и обещал, и звуки ковки напоминали грозу, бушующую в соседней комнате. — Ах ты ж!.. — донёсся приглушённый рык. Я усмехнулся, не прерывая работы. Гюнтер разговаривал с металлом, как с упрямой скотиной. — Куда лезешь, зараза⁈ Ещё удар, ещё один. — Кай! Имя прозвучало как боевой клич. — Влей-ка чуток! Отложил заготовку на край горна, где та могла остывать медленно, и вышел из ниши. В моей нише жар был контролируемым и направленным, а здесь бил в лицо, как из открытой печи. Гюнтер стоял над наковальней, обожжённое лицо блестело от пота. Перед ним лежал почти готовый наконечник, судя по форме, но упрямо отказывающийся принимать финальную геометрию. — Тварь не слушается, — проворчал мастер, не отрывая взгляда от металла. — Бью, а она пружинит обратно. |