Онлайн книга «Прачечная потусторонних услуг»
|
Они поели. Никогда ещё безвкусные тефтели в жидкой подливке и размазня из картошки не казались ему настолько бесконечно вкусными. Компот с одиноким сухофруктом на дне стал достойным аккордом завтрака. Голова наконец прояснилась. Мир робко наполнялся красками. Упитанный рыжий таракан деловито пробежал по столу. Весёлая повариха в крапчатом фартуке игриво подмигнула доктору, вильнув бедрами. Вадиму снова начинало хотеться жить. — Меня Борисом Сергеевичем зовут. Мы же толком не познакомились, — начал огромный доктор. — Думаю, мне представляться бессмысленно, — Вадим уткнулся в пустую тарелку. — Вы и так обо мне всё знаете. От имени до того, из чего состоит мой кал. Врач прыснул. — Ты прав. Но кое-чего я не знаю. Например, что ты сейчас чувствуешь и что у тебя тут? — Он постучал пальцем-сосиской по виску. — Мне бы и самому хотелось это знать, — Вадим почесался — щетина колола. — Но благодаря вашим коллегам я теперь знаю, каково это… — Что — ЭТО? — Быть овощем. — А-а… Тут уж моя промашка, — Борис Сергеевич шлёпнул себя ладонью по лбу. — Ты тут ни при чём. А вот наш новый эскулап — тот да… С него семь шкур спущу! Кто ж такие дозы мальчишкам ставит! Ты запросто мог и обратно в кому уйти. Но теперь всё нормально. Слушай, Вадик, ты лучше другое вспомни: отец к тебе приходил? — Приходил… — А помнишь, что ему наговорил? Что видел? Вадим замолчал. Он отлично помнил и визит отца, и свой рассказ, и недоверие в его глазах, и удивление доктора-орла и, что самое важное — капельницу. — Ну-ну, не бойся, рассказывай! — Я… я… — колебался Вадим, но решил не рисковать. — Знаете, что-то нашло. Голова кружилась… Гулял, упал, ударился. Всё помутилось… Ничего важного. Борис Сергеевич с недоверчивым прищуром изучал его лицо. — Врёшь ведь! Нехорошо! Я тебя снял с препаратов, отпаиваю, кормлю, а ты значит вот как? Давай попробуем ещё раз: расскажи про привидения. Видел же? Вадим вспомнил бельмастые глаза, леденящий холод, боль, выворачивающую сознание. Ему стоило немалых усилий ничем не выдать страх, еле сдержал дрожь. — Я правда ничего не помню… И, кстати, в привидений не верю! — натянул плохенькую улыбку. — Ну-ну, — провести доктора оказалось непросто. Тот устало вздохнул, зачерпнув ложкой мороженое, которое принесла повариха. — Врёшь. Боишься и врёшь. Ну как хочешь. Я думал, смогу помочь… Что ж, — главврач рассеяно почесал ложкой за ухом. — Переведем тебя на лёгкие препараты, денёк понаблюдаем — и свободен. Тебе нужно вернуться домой… В словах доктора мелькнуло что-то важное, но радость от возможности вернуться домой, где он не был пять лет, затмила всё. — Через день я буду дома? Вы не шутите? — Не шучу. Но будешь принимать лекарства и являться на еженедельный осмотр… Вечером Вадим долго ворочался — видимо, отоспался в прок за последние сутки, или годы. В голову лезло всякое. Навязчивые мысли о призраках он гнал прочь, пытаясь сосредоточиться на другом: почему не приходит мама? Неужели с ней что-то случилось? Если да, то вот что имел в виду Борис Сергеевич, говоря «тебе нужно вернуться домой». Под утро сон всё же явился — поверхностный и беспокойный. Затем Вадим трудился на физиопроцедурах, считая минуты до прихода главврача. Когда же тот появился, с порога спросил: — С мамой что-то случилось? Она больна? |