Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 5 – Эд Крокер

Как же я люблю книги. То, что начиналось как план выживания, кажется, переросло в страсть.

Название вышито по шкуре, в стежки инкрустированы бриллианты. Оно словно подмигивает мне во мраке: «Очерк о воздействии волчьей крови на изморов». У меня перехватывает дыхание. Книге под таким заголовком лорды явно не обрадуются, если случайно обнаружат. Ставлю ее на место и осматриваю полку дальше, пробегая пальцами по шероховатым и гладким веленевым корешкам. В конце стеллажа – том из пергаментных листов в слабом переплете из материала, напоминающего тростник. На обложке ни слова, лишь блеклое изображение какой-то фигуры, протягивающей руку к стоящей рядом горе. Это кинет. Один из тех, кто способен двигать горы. Их больше нет. Снова запретные знания. Рядом книга в переплете из темно-зеленой чешуйчатой кожи щелкохвоста. Смелый выбор. Выцветшая надпись на корешке гласит, что в ней содержатся «Теории великого обретения разума». Это время до возникновения цивилизации, о котором говорить не положено. Время, когда первые бессмертные были просто животными.

Стало быть, я права. В этих книгах описаны запретные знания, спорные периоды древней истории или засекреченные сведения. Такие книги научат, как обмануть нюх вольфхайнда, чтобы меня не выследили, когда я сбегу в изморский поселок. В них рассказывается об истинной силе всех видов крови и фамильных тайнах древнейших из лордов, так что, начав новую жизнь, я смогу стать мидвеем и буду обладать полезными для окружающих знаниями, за которые мне будут платить кровью получше.

Я не должна была стать служанкой. И не собираюсь оставаться ею навсегда.

Щелчок!

Звук весьма отчетливый. Принятая лисья кровь его усилила, а теперь я различаю и звук другого рода – цокот каблуков по мрамору. Меня охватывает паника, но я здесь не для того, чтобы цепенеть в ее липких объятиях, поэтому, стряхнув страх, как дерево пожухшие листья, я бросаюсь прочь из запретной библиотеки в надежде, что дверной механизм закроется сам. Так и есть: полка у меня за спиной поворачивается и захлопывается (механизм срабатывает при нажатии ступней? не сейчас, Сэм!). Но облегчение длится недолго: ведущая сюда лестница слегка дрожит, и до моего слуха доносятся шаги. Кто-то идет! Не лорд и не страж – уже хорошо. Возможно, лакей. А это плохо.

Я вновь замираю. Бежать смысла нет: меня тотчас заметят, и выглядеть это будет скверно. У меня нет причин здесь находиться. А если они в курсе, где я, и явились за мной в библиотеку, значит меня уже разоблачили.

В таком случае придется драться.

Я смотрю на лестницу, слушаю приближающиеся шаги, время течет все медленнее. Возможно, сказывается принятая мидвейская кровь – лисица куда эффективней коровы, – а может, я просто распаляю себя. Мне это проще простого. Я вспоминаю об отце, сожженном на солнце за то, что защитил маму. Думаю о маме, от горя покончившей с жизнью и оставившей нас сиротами, когда нам с сестрой не было и десяти лет. Думаю о сестре: ей едва исполнилось восемнадцать, и она, устав от улиц, отчаянно рвалась работать во дворце. Думаю о несчастном случае на церемонии посвящения в дворцовую прислугу. Сестра тогда сгорела на солнце до черных угольев. Думаю о лордах, взявших меня вместо нее. Замена, которую не пришлось долго искать. Служить во дворце первого лорда – привилегия. Работа, с которой не уходят по собственной воле. Думаю обо всем, что со мной делали, сжимаю кулаки и с помощью того мизерного количества крови, что сейчас есть во мне, с усилием выпускаю клыки. И к своему удовольствию, обнаруживаю, что мне не страшно. Ярость побеждает.