Онлайн книга «Сабатон. Системный приручитель 3»
|
— Да я вообще ничего не думаю. — Только не шути! — Какие уж теперь шутки… — Никита! — Тридцать семь лет уже Никита. Ладно, давай шорты надевать. Я уже помог Лене надеть свободные спортивные шорты — тут она молодец, выбрала не в обтяжку, чтобы рану лишний раз не перетягивать — и натягивал ей на голову белую футболку. Скорее всего, взятую из вещей какого-то парня, на несколько размеров больше, чем нужно. Когда просовывал безвольную руку в рукав, как маленькому ребёнку, она вдруг сказала: — Сейчас, конечно, не самый уместный момент… Но, я не знаю, когда мы снова наверняка будем наедине. Да и, знаешь… Ждать уместный момент в нашей ситуации, когда в любой момент может выскочить из кустов бешеный зомби или упасть метеорит на голову, не очень-то умно. В общем, Никит… Она вдохнула, выдохнула, будто решаясь на прыжок в ледяную воду. — Я… Я тебя узнала. Ты — тот самый майор Сабатон из отряда Инквизиторы, который казнил Генерала Вуду. В прямом эфире, перед всем миром. Я… Если честно… Ох. Я тысячу раз представляла, как увижусь с тобой. Мой младший брат погиб под Йоханнесбургом. Ему всего девятнадцать было, Никит. Погиб седьмого октября тридцать первого… Лена замолчала. Да и не надо было больше ничего говорить, я всё понял. Седьмое октября две тысячи тридцать первого навсегда вошло в мировую историю, как День Двухсот Ангелов. Название впервые появилось на каком-то желтушном новостном сайте, а потом было подхвачено всеми СМИ, что нашими, что зарубежными. Хотя, на самом деле, их двести двенадцать было. И не ангелов, конечно, а чернокожих детей от восьми до тринадцати лет. СМИ вообще много что перевирают. Тот же Генерал Вуду на самом деле с вудуизмом никогда ничего общего не имел. Вуду — это вообще религия рабов, перевезённых в Америку, на Гаити, Кубу и ещё чёрт знает куда. Соединение христианства и африканских первобытных верований. На деле его звали Синпхо Тулани Кумало, он был из зулусов и называл себя шаманом и потомком знаменитого Чаки Зулу. И первое, и второе было наглой ложью. Но он и вправду проводил ритуалы, только с зулускими культами они ничего общего не имели. Генерал с приближёнными обкуривался креком и под битьё барабанов или насиловал похищенных девушек (и, что хуже, девочек), или — устраивал кровавые жертвоприношения, поедая сердца жертв. А иногда совмещал и то, и другое. А седьмого октября тридцать первого по его приказу к укреплениям российской армии погнали похищенных из Йоханнесбурга сирот. Двести двенадцать мальчиков и девочек со спрятанными под школьной формой поясами шахидов загнали на минное поле. Стреляя в землю позади них, чтобы никто точно не остановился. Наши отреагировали быстро, отключили все мины, что дистанционно можно было отключить. Навели миномёты, рассудив, что после детей начнут прорыв силы Генерала. Но — нет. Когда первые ребята, которым повезло пройти по минному полю живыми, добежали до встречающих их солдат, прогремели взрывы. С тех пор я особенно люто ненавижу тех, кто покушается на жизни детей. Мой разведотряд седьмого октября была в другом месте. В бойне погибло несколько моих друзей и знакомых, а сам способ прорыва… Короче, тогда мы с ребятами прошли по чертовски тонкому льду, рискуя или сдохнуть в несанкционированной и чертовски опасной операции, или пойти потом под трибунал. |