Книга Мастер Рун. Книга 11, страница 7 – Артем Сластин, ПолуЁж

Собственное тело требовало инвентаризации не меньше, чем трофеи. Я начал с левой руки, потому что она беспокоила больше всего. Пошевелил пальцами, согнул в локте, попробовал поднять, и на середине движения плечо отозвалось такой вспышкой, что я прикусил язык до крови. Ключица точно была цела, я проверил ещё ночью, ощупывая кость правой рукой, перелома не было. Но связки в плечевом суставе явно порвались, частично или полностью, и каждая попытка поднять руку выше груди заканчивалась одинаково. Как он так бил, что доспех оказался только поцарапан, а я в итоге с такими повреждениями? Гады, а не практики. Моя теория защиты рушилась на глазах.

Лицо вообще представляло собой, судя по ощущениям, кровавую засохшую маску и это не смотря на общую сырость. Кровь из рассечённого лба, носа и из ободранных щёк засохла слоями, и когда я попытался отодрать кусок с подбородка, кожа под ним оказалась розовой и болезненно чувствительной. Воды не было, умыться нечем, так что я пока оставил корку в покое.

Пора было разобраться с наследством покойного. Она значительно отличалась, от того, что я себе представлял как пространственные сумки, так как у нее не было никакого жёсткого кольца или оправки, наоборот, обычный холщовый мешок с лямкой, с такими старики на поле зерно сеют. Это было необычно и стоило изучить подробнее принцип действия, руны я чувствовал, но не видел, зато оценил, что можно горловину расширять и сужать, эффект сумки не менялся и продолжал работать, так что вот она, новая грань.

А ведь кто-то рассказывал мне, что можно целый замок туда засунуть, с людьми и они там вполне себе жить будут. Насколько это сказки, а насколько нет, мне еще только предстоит узнать, если опять же, выживу.

Пространственную сумку я развязал и начал доставать содержимое, раскладывая на мху рядом с собой. При свете, пусть и скудном, картина складывалась яснее, чем ночью на ощупь.

Первым вышел тяжёлый кожаный мешочек, я аккуратно его развязал и высыпал содержимое на ладонь. Серебро. Монеты были мелкие, с ноготь размером, еще и покрытые иероглифами, которые я не узнал, но формат был знакомый, такими встречались мне в Шэньлуне на рынке. Монет было ровно сорок и никакой особой ценности в джунглях, они пока не имели, так что их значение тут стремилась к нулю. Их не съешь и костёр ими не разведёшь, да и зверям на них плевать, не откупишься. Ссыпал их обратно и всё же аккуратно завязал мешочек, серебро может пригодиться.

Дальше мне попались три свертка ткани, внутри одного оказался набор, длинных и тонких игл, из тёмного металла с синеватым отливом. Я даже предположил, что они метательные, судя по балансировке, когда я покатал одну между пальцев, но точно сказать не мог, может и какое иглоукалывание ими проводилось, у трупа уже не спросить.

Всего игл было двенадцать штук в кожаном чехле с петлями. Красивые, дорогие и совершенно мне бесполезные. Хотя… Я покрутил одну иглу ещё раз, прикидывая. Как инструмент для тонкой работы с рунами, при отсутствии нормального резца, сойдёт, всё же металл тут дорогой, мне незнакомый.

Второй свёрток содержал три нефритовых футлярчика, каждый размером с большой палец, с притёртыми крышками. Открыл первый, внутри лежала пилюля, круглая, тёмно-красная, и от неё шёл слабый, но ощутимый поток этера. Восстановительная, судя по цвету и структуре, Аньсян, то есть Лю Гуан показывала мне похожие, объясняя основы алхимии, которые я благополучно запомнил только в теории.