Книга Мастер Рун. Книга 8, страница 54 – Артем Сластин, ПолуЁж

— За что спасибо? За деньги? Это бизнес, друг мой, в бизнесе не благодарят, в бизнесе платят. А с собачкой своей, сходи к господину Аль Тараку, он неподалёку живёт, на улице трёх роз, поговори с ним, а то я на твоей собачке некоторых вещей не вижу, могут быть последствия.

Улица Трёх Роз оказалась совсем не там, где я ожидал.

Сяо нарисовал мне маршрут на обрывке бумаги, и маршрут этот выглядел простым и понятным, а на деле привёл меня в тупик между прачечной и лавкой, торгующей сушёными грибами. Причём грибы воняли так, что Бабай, сидевший за пазухой, начал чихать и царапаться. Пришлось возвращаться, спрашивать дорогу у старухи, которая торговала мётлами. Старуха, вместо того чтобы просто показать направление, рассказала мне историю о том, как её покойный муж когда-то покупал зелье от бородавок у чужеземца с ящерицей. Что зелье не помогло, а бородавка стала ещё больше, и что она с тех пор не доверяет иностранцам, хотя, надо признать, ящерица у него красивая. При этом бабуля, судя по всплескам этера была как минимум на последней стадии закалки мышц. Да и мётлы у нее были очень странные.

Я поблагодарил, свернул налево, как она указала, и через два переулка вышел на узкую улочку, которая, судя по покосившейся табличке на углу, и была Улицей Трёх Роз. Дом Аль Тарака я узнал сразу, потому что на крыльце сидела ящерица.

Но не та маленькая ящерица, что бегает по камням и ловит мух, как я ожидал, а настоящая тварь размером с хорошую собаку, с чешуёй цвета старой меди и глазами, в которых было столько осмысленного презрения, что я невольно остановился. Ящерица смотрела на меня так, как Мастер Валериус смотрел на мои первые руны, с профессиональным разочарованием. Потом она повернула голову к двери и издала звук, похожий на сухой кашель.

— Рийя говорит, что ты пахнешь металлом и краской, — раздался голос изнутри дома. — Заходи, если пришёл по делу. Если пришёл продавать что-нибудь, уходи, Рийя кусается.

Я переступил через ящерицу, которая даже не подвинулась, только проводила меня взглядом, от которого зачесалась шея, и вошёл.

Внутри было темно, а дом изнутри был похож на пещеру, он был полностью отделан камнями, до потолка

— Дверь закрой, сквозняк, — велел голос. — А ты стой, — скомандовал он ящерице.

Рийя, действительно зашла внутрь следом за мной и поднявшись на задние лапы, аккуратно прикрыла дверь, а потом так же не опускаясь на все лапы прошла в сторону хозяина.

Глаза привыкли к полумраку, и я увидел его.

Аль Тарак сидел за широким столом, заваленным свитками, склянками и инструментами, которые я не мог идентифицировать, хотя и пытался. Он был… не таким, каким я его себе представлял. Чжан Вэй сказал чужеземец, и я ожидал увидеть что-нибудь экзотическое, в шелках, с перстнями, может быть, с тюрбаном, потому что воображение работает штампами, даже когда ты об этом знаешь.

Вместо этого передо мной был сухой, жилистый мужик лет пятидесяти, может старше. С тёмной кожей, коротко стриженными волосами с сединой и глазами, которые казались слишком светлыми для его лица, почти жёлтыми. В сочетании с тонкими чертами и длинным, чуть крючковатым носом придавало ему сходство с хищной птицей. Одет он был в простую серую рубаху с закатанными рукавами, и такие же штаны, что было не характерно для города. А еще неуловимо похож на любителя артефактов Кироса, он же Дрозд.