Книга Мастер Рун. Книга 8, страница 53 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Скорпионы! На палочке! Три медяка за штуку, и он продаёт по полсотни в день, это сто пятьдесят медяков, полтора серебряных в день, пять серебряных за три дня, тридцать за двадцать, и при этом затраты минимальные, потому что скорпионов он ловит сам, на первом ярусе их полно, так что, по сути, его единственные расходы это масло для жарки и этот его секретный соус, и вот тебе бизнес, друг мой, простой, как палка, и при этом работает!

Я слушал и параллельно думал о другом.

— А вот ещё, — он потянулся и случайно задел локтем стопку готовых нагревателей, которую Сяо так аккуратно выложил утром, — ой, извини, вот ещё, значит, я на днях встретил Ши Куна, помнишь, бородатый такой, старший охранник каравана, в котором мы ехали? Так вот, он бросил охранное дело.

— Что, серьёзно?

— Абсолютно серьёзно. Женился. На хозяйке постоялого двора, где мы останавливались на вторую ночь, помнишь, грузная женщина с таким голосом, что командует мужиками, как сержант? Вот на ней. Теперь он стоит за стойкой, разносит чай гостям и выглядит, я тебе скажу, счастливее, чем когда ходил с мечом. Или, может, не счастливее, а просто толще. Толще он точно стал. Борода тоже выросла, уже до пояса, и он заплетает её в три косички, и каждую завязывает разноцветной ленточкой, и это, друг мой, самое страшное зрелище, которое я видел за последние полгода, а я видел многое.

Сяо вернулся из задней комнаты, видимо, решив, что драматическая часть разговора закончилась, и теперь можно вернуться. Он тащил за собой Бабая, который проснулся и выглядел голодным, что в его случае означало чуть более настойчивое обнюхивание всего вокруг.

Чжан Вэй увидел щенка и замер.

— Это что? — спросил он.

— Собака, — ответил Сяо. — Ну, почти собака. Почти.

— Это не собака, — Чжан Вэй смотрел на Бабая так, как смотрят на вещь, которая одновременно интересна и опасна, — это, если я не ошибаюсь… нет, я ошибаюсь, потому что они… но окрас, уши, хвост… нет, точно ошибаюсь.

— Ошибаетесь, — подтвердил я, и мой голос, видимо, прозвучал достаточно убедительно, потому что Чжан Вэй кивнул и не стал настаивать, хотя я видел, что вопрос никуда не делся, просто переместился в тот раздел его памяти, который он обозначал как «вещи, которые стоит выяснить позже».

Бабай обнюхал штанину торговца, чихнул и ушёл обратно к Сяо.

— Хорошая собака, — дипломатично сказал Чжан Вэй.

— Ага.

— Ну ладно, — он поднялся, и табурет издал вздох облегчения, — мне пора. Караван уходит послезавтра, к вечеру мне нужно проверить чтобы товар не побили при погрузке, и ещё нанять двух охранников вместо тех, которые ушли к другому купцу, потому что он платит на три медяка в день больше. А верность, друг мой, стоит ровно столько, сколько разница между жалованьями, и ни медяком больше.

Он полез за пазуху, достал небольшой кошель и положил на прилавок.

— Сто серебряных, аванс за первые четыре ветродуя. Остальные шестнадцать я оплачу при следующем визите, через три, может, четыре недели, в зависимости от южного маршрута.

Я взял кошель, пересчитал монеты, хотя доверял ему, но привычка, выработанная жизнью в этом мире, была сильнее доверия.

— Чжан Вэй, — окликнул я его, когда он уже стоял в дверях, — спасибо.

Он обернулся, и на его лице было такое выражение, будто я сказал что-то невероятно глупое.