Книга Кодекс Практика: Страница 1, страница 110 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Мы уселись за свободный стол, и через минуту перед нами появились две большие пиалы с чаем, а следом большое блюдо, на котором горкой лежали баоцзы. Каждый размером с кулак, белые, пышные, с аппетитными складочками наверху, от них валил пар и пахло так, что у меня свело скулы.

— Ешь давай, — Фэн пододвинул блюдо ко мне. — Не стесняйся, я угощаю.

Я не заставил себя упрашивать, потому что был голоден как волк. Схватил один пирожок, откусил. Горячий сок брызнул на язык, приправленное луком мясо, таяло во рту, тесто было нежным, чуть сладковатым. Я чуть было не застонал от удовольствия. Казалось, ничего вкуснее я в жизни не пробовал. Хотя, наверное, дело было не столько в баоцзы, сколько в том, что я толком ничего не ел уже чёрт знает сколько времени, с момента, когда всё покатилось под откос.

Фэн ел молча, сосредоточенно, но то и дело поглядывал на меня. Когда с первым десятком было покончено, а я ещё не выглядел наетым, он заказал ещё пять паровых пирожков. И только, когда я, насытившись, откинулся на лавку и допил чай, он заговорил.

— Ну, рассказывай, — потребовал он. — Что там случилось?

Я вздохнул. Рассказывать не хотелось, но Фэн заслужил правду. И я рассказал. Всё, без утайки. И про чистку засора, и про крыс, и про то, как мы с ними дрались, как люди падали один за другим, как незнакомец спас меня, и про то, потом как мы потом бежали, спотыкаясь и падая, по колено в отходах. И про то, как смотритель канализации списал жизни несчастных людей, спросив только, справились ли мы с работой.

Фэн слушал молча, лицо его становилось всё мрачнее, а когда я закончил, он тяжело вздохнул, покачал головой.

— Я же говорил тебе, Ян. Говорил, не ходи туда. Это место высасывает жизнь из людей, там каждый день умирают, а на их место приходят новые, такие же отчаявшиеся. Трущобы сами по себе гиблое место, а там уж подавно.

— Я уже понял, — я опустил голову. — Но у меня не было выбора.

— Выбор есть всегда, — Фэн отхлебнул чай. — Просто иногда он очень паршивый. Но ты живой, и это главное. А деньги… — он махнул рукой. — Деньги дело наживное.

— Фэн, — я посмотрел ему в глаза. — Спасибо тебе. За всё. За баню, за одежду, за еду… Ты меня уже который раз спасаешь. Да даже с управителем рынка, если бы не ты, то меня в один момент бы просто схватили на улице, да отправили в каменоломню без суда и следствия. А так, хоть штраф и повесили, но хотя бы есть шанс с ним расплатиться.

— Да ладно тебе, — он смущённо засопел. — Ты парень хороший, работящий, и готовишь так, что пальчики оближешь. Жалко мне тебя, если честно. И сам не знаю почему.

Он замолчал, уставившись в свою пиалу, а я не стал расспрашивать. У каждого свои тайны и кому, как не мне, жителю другого мира и обладателю внекатегорийного артефакта, об этом говорить.

До лавки шли молча и только у неё Фэн пожелал мне спокойной ночи и ушёл спать, а я залез в сарай. И, как ни странно, на этот раз опилки показались мне лучшей постелью в мире. Я рухнул на них, даже не раздеваясь, и блаженно вытянулся. После ветки дерева в лесу, это было настоящее ложе королей. Мягкое, тёплое, сухое и главное, совершенно безопасное.

Я лежал, глядя в потолок, и думал. От усталости мысли текли медленно, вязко, но постепенно они начинали выстраиваться в стройную картину. То, что я сегодня пережил, убедило меня в одной простой истине. Путь физической силы, путь риска и смертельной опасности — не для меня, по крайней мере сейчас, со статусом смертного. Я не боец. Драться в детдоме, конечно, приходилось, но я всегда старался избегать драки до последнего. А сейчас и вовсе это плохая идея, учитывая, что даже десятилетние дети сильнее меня.