Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 104 – Ши Цзин

— Неужели та-а-ак страшно?

— Дверь этих покоев выходит на юг, а окно смотрит на запад, прямо на османтусы. Наверняка мимо пройдет кто-нибудь знатный. Я беру эту! Не вздумайте спорить! Пусть владыка Лао^[91] поможет мне справиться.

Цзян Сюэнин не стала бороться за лучшие комнаты. Спокойно выбрала угловую, тихую и неприметную, да еще с плохим освещением, после чего молча стояла и слушала, по голосам узнавая, кто есть кто. Та, что говорит нараспев приторно-сладким голосом, – Чжоу Баоин; лепечет и стесняется – Яо Жунжун; бормочет себе под нос, прикидываясь опытной гадалкой, – Фан Мяо.

Вскоре все девушки разошлись по покоям. Будто по негласной договоренности, лучшие достались Сяо Шу, справа и слева от нее поселились Чэнь Шуи и Яо Си; остальные разместились, кто где захотел. Цзян Сюэнин оказалась вдали от всех. С востока к ней примыкала всего одна комната – не из лучших. В ней поселилась Фань Илань, которую учеба во дворце, похоже, не слишком интересовала.

Выбрав комнаты, барышни принялись наводить там порядок. У Цзян Сюэнин вещей было меньше всего. Она быстро разложила их и вышла, думая, что окажется первой, но увидела снаружи Фань Илань. Та кивнула и, словно приняв вторую барышню за единомышленницу, равнодушную к происходящему, впервые улыбнулась. Ее улыбка напоминала цветок орхидеи, распустившийся в горной долине. Пусть новую знакомую нельзя было назвать непревзойденной красавицей, она отличалась возвышенной чистотой и грацией.

Цзян Сюэнин сразу подумала, что барышня Фань ошиблась на ее счет, однако разубеждать в приятном заблуждении не стала: вдруг пригодится? Слукавив, она улыбнулась в ответ и молча уселась рядом.

Прошел почти час, прежде чем остальные закончили разбирать вещи и снаружи послышался голос евнуха: тот громко возвестил, что прибыли наставницы из Управления дворцового этикета. Здешние служанки мгновенно выпрямились, склонили головы и затаили дыхание. Барышни при виде столь разительной перемены затрепетали.

В покои вошли четыре наставницы. Впереди всех – женщина в серовато-синем форменном одеянии чиновницы пятого ранга. Ее волосы были собраны в высокий узел, украшенный двумя золотыми шпильками с завитками в виде благовещих облаков. Руки она держала перед собой на уровне пояса, но к телу не прижимала. В ее осанке сквозила строгость, каждый шаг был словно измерен заранее по линейке. Ни тени улыбки на немолодом лице, в уголках глаз морщинки, а меж бровей тонкая вертикальная складка из-за привычки хмуриться.

Когда ее суровый взгляд скользнул по барышням, в нем не промелькнуло ни капли тепла. Кто-то из двенадцати кандидаток сразу опустил голову от страха. Только Сяо Шу, Чэнь Шуи и Фань Илань сохранили спокойствие и с достоинством склонились в приветствии. Старшая дочь Чэн-гуна с подругой часто бывали при дворе и обучение этикету уже проходили, а Фань Илань относилась ко всем одинаково и госпожи Су не боялась.

Наставница заметила всеобщую настороженность, нахмурилась, встала перед барышнями и ровным голосом произнесла:

— Сегодня по приказу Управления дворцового этикета я пришла обучать вас придворным манерам. Учеба продлится два дня. Можете звать меня госпожой Су. В дальнейшем вы станете соученицами старшей принцессы, поэтому обязаны проявить усердие. Тот, кто будет лениться или не сможет усвоить необходимое, вернется домой.