Книга Развод в 45. Обретая себя, страница 6 – Татьяна Бэк

Я всегда любила остросюжетные детективные истории, хотя многие считают их недолитературой для домохозяек. Пусть так, но на моих полках романы Устиновой и Донцовой отлично соседствуют с книгами классиков. Частенько примеряла на себя образ героинь, фантазировала, как бы себя повела, корила девушек, попавших в переплёт за истеричность и непредусмотрительность, но теперь сама оказалась на их месте.

— Откройте клетку, мне нужно осмотреть пациента! – приказным тоном заявляет здоровяк в белом халате.

Молоденький пристав тут же кидается к дверце и вставляет ключ. Мне хочется остановить его, закричать, что здесь что-то не так, но чувствую себя ледяной фигурой. Язык прилипает к нёбу, отказывается повиноваться, ноги приросли к полу. Краем глаза замечаю быстрое движение Алексея, – кажется, он единственный, кто не потерял присутствия духа и контроля ситуации.

Смотрю на бывшего возлюбленного и словно заряжаюсь его силой, уверенностью и спокойствием. По крайней мере, я уже в состоянии пошевелиться, чем тут же пользуюсь и бросаюсь к центру зала. Честно говоря, и сама не знаю, что собираюсь делать, – медицинских познаний у меня нет и помочь ничем не смогу, загородить грудью клетку от странных врачей тоже вряд ли сумею. Но инстинкт и интуиция подсказывают, что необходимо предпринять хоть что-то.

— Стойте! – кричу я, когда ключ проворачивается в замке с тревожным лязгом. – Без моего разрешения никто не войдёт в клетку и не выйдет!

Кажется, мой окрик действует, по крайней мере, пристав замирает, а дверца остаётся запертой.

— Дамочка, вы не видите, здесь человеку плохо! – зло шипит здоровяк в белом халате.

— Я не дамочка, а судья. А вот вы кто такие и почему приехали так быстро? Покажите свои документы! – интересуюсь настороженно.

Алексей делает ещё шаг в мою сторону, явно считывая пожирающую меня тревогу. Он всегда чувствовал мои изменения в настроении, зачастую даже раньше меня самой.

Мужики в халатах переглядываются, словно обмениваясь невербальными посланиями. Воздух в зале вдруг становится тяжёлым и липким, как кисель, кажется, и вдохнуть невозможно. Каким-то седьмым чувством или просто-напросто жопой ощущаю, что сейчас произойдёт что-то…

Словно подтверждая мои опасения, один из «врачей» вдруг дёргает меня к себе с такой силой, что едва не падаю. Меня обдаёт тошнотворным запахом дешёвого парфюма, перегара и ядрёного мужского пота. Этот «аромат Франции» перебивает даже страх, который должна бы испытать, но вместо этого борюсь с дурнотой.

— Всем стоять! – орёт здоровяк, прижимая меня спиной к себе и обхватывая огромной ручищей за шею. – Двинетесь с места, сверну башку этой судейской шлюхе.

А вот это обидно! При условии, что у меня не было после свадьбы никого, кроме мужа, да и с тем интим случался раз в год по обещанию. Удивительно, но страх так и не появился, зато бредовые мысли лезли в голову одна за одной, играя в чехарду.

Вокруг царил хаос, но я видела лишь Лёшу, застывшего на месте с непроницаемым лицом, словно он был на приёме у английской королевы, а не в эпицентре нападения на сотрудника судебной системы. Но в его глазах пылало знакомое мне пламя.

— Дверь клетки открывайте! – заревел второй врач.

— Ребят, а на что вы надеетесь? – вдруг поинтересовался Алексей с ухмылкой. – В здании табун ОМОНа, вы что, надеетесь, что сможете просто так забрать своих корешей и уйти? Ну так себе у вас план!