Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 19 – Виктория Волкова

— Куда-то во Владик умотал. Пока заявится, уже ремонт сделают, – добавляет Семен, выглядывая из кухни. – Мам, а пожрать есть что?

— Сейчас ужинать будем, сынок, – смеется Катерина.

Подхватываюсь ей помогать. Мне бы сейчас руки занять и ни о чем не думать. Но тетка Альберта мягко гонит меня из кухни.

— Ты тут гостья, милая, – улыбается мне. – Иди лучше к Любе. Кажется, она проснулась. Заглядываю к Любови Даниловне, но она спит. Осторожно трогаю пульс, поправляю подушку и возвращаюсь к Кате.

— Пойди, полежи, – снова выпроваживает она меня.

— Ага! На ногах еле стоишь. Где спальня Альберта – знаешь? – подает от окна голос Сэм.

— С ума сошел! – замахивается на него полотенцем Катя и поясняет добродушно. – На втором этаже. Третья дверь справа. Горничные уже там постель меняют, – заявляет она мимоходом.

Горничные!

Пока я не попала к Валдаевым, мне даже в голову не приходило, что в доме постоянно может находится прислуга. Водители, горничные, охрана.

Поднимаюсь на второй этаж. А там уборка идет полным ходом. Ухожу вниз, бесцельно маюсь, бродя по красиво обставленному дому, и снова возвращаюсь на кухню.

Неприкаянная и совершенно разбитая. Стараюсь не думать об Олеге. Но словно наяву вижу картинки. Плехов и эта девчонка! В разных позах… Как мы сегодня…

Смаргиваю слезы, пытаясь отогнать гадские воспоминания. Все. Олег в прошлом. Что по нему страдать? Надо жить дальше…

Только я не могу. Сажусь на мраморные ступеньки между первым и вторым этажом. Обхватив себя обеими руками, сумрачно глазею на кованые цветы и листья, оплетающие перила. Кажется, жизнь закончилась.

Господи, почему так?

Прикусываю губу и, уткнувшись носом в колени, беззвучно плачу.

Никогда не думала, что Олег мне изменит. Верила ему безотчетно. А он… Звонил же, клялся в любви, приезжал при первой возможности. А сам с Оксаной этой… Подлый предатель!

— А у нас в доме больше нет места пореветь? – интересуется кто-то над головой. Вздрагиваю от знакомого голоса. Утирая мокрое от слез лицо, изумленно таращусь на хозяина дома и отца Альберта.

— Здравствуйте, Валерий Георгиевич, – всхлипываю горько.

— Кто тебя обидел, детка? – садится он рядом. Большой красивый мужчина за шестьдесят. Солидный и уважительный. – Скажи. Я накажу, – бросает резко. И я понимаю, что Валдаев-старший не шутит.

— Мой жених заделал ребенка другой девочке, – старательно подбираю слова, и меня прорывает от горя. – Завтра должна была быть наша свадьба, а тут девица с животом заявилась. Наверное, месяц девятый. Олег мне всегда говорил, что я у него одна. А тут эта…

— Он ее хоть знает? Или обилетил по пьяни? – снисходительно смотрит на меня Валерий Георгиевич. В черных мудрых глазах плещутся сомнение и жалость.

— Да, знает, – вздыхаю я. – Назвал по имени. Спросил ее, зачем она приехала.

— Совсем дурак, что ли? – морщит идеальный нос Валдаев и неожиданно мягко сжимает мою ладонь. – Все хорошо, Аленка! Главное, до свадьбы все выяснилось. Ну, козел, с кем не бывает? Такие случаи сплошь и рядом. А то бы погнала с ним за Полярный круг или куда там ему назначение пришло. Забеременела бы, детей нарожала, а потом бы выяснилось, что у него по всей стране спиногрызы раскиданы.

— Да, наверное, вы правы, – тяну нерешительно. – Мне сейчас очень больно, – признаюсь совершенно искренне.