Книга Прощай! Люблю тебя до неба!, страница 83 – Виктория Волкова

«Альберт гонял по кровати», — улыбаюсь самодовольно. Плехову до него далеко. Тот только ныть мог, что ему надо…

«Видимо, его давалка ноги безропотно раздвигала», — думаю зло. Гоню от себя мысли о посторонних, в сущности, людях. Какое мне дело до них? У меня своя жизнь.

Умываюсь наскоро. Причесываю волосы и выхожу к Альберту.

А он уже из турки кофе разливает по миниатюрным чашечкам.

— Садись, — кивает на второй стул. — Кофе как раз принесли. Сейчас позавтракаем. Ты одевайся. Наводи красоту, — улыбается мне, как кот, наевшийся сметаны. — А я кого-нибудь за твоим паспортом отправлю.

— Так не дадут же! — охаю в ужасе. — Паспорт в ЗАГСЕ остался.

— Дадут, — морщится Альберт. Берет меня за руку. Нежно целует пальцы и смотрит прямо в глаза. — Вопрос цены, детка. Привыкай. Любое твое желание — для меня закон.

— Почему? — выдыхаю не подумав.

— Ну как почему, Аленка? — смотрит на меня снисходительно. — Ты же моя жена. А какой муж не хочет угодить любимой?

Спешит куда-то, оставляя меня одну.

Бреду к пакетам. Озадаченно разворачиваю один за другим.

Изумленно смотрю на комплекты кружевного белья. Такое точно в магазине не купишь. Выбираю белые тонкие высокие трусики и бюстгальтер на косточках. Меряю. Садится идеально.

— Обалдеть! — только и могу произнести. И открываю следующий пакет. А там сарафан. Белый. Строгий. С красивой вышивкой-ришелье по подолу.

В другом пакете цветастое платье. В третьем джинсы. В четвертом белая туника с мережками.

Выбираю сарафан с прошвой. Надеваю. Только застегнуть не могу. Как ни изворачиваюсь, не получается застегнуть змейку.

В сумке, брошенной у шкафа, трезвонит сотовый.

— Да, мамочка, слушаю, — выдыхаю порывисто.

— Как ты, доченька? — встревоженно тянет мама. — Где ты остановилась?

— Я у Валдаевых, — тараторю как заведенная. — Все хорошо…

Только собираюсь с духом рассказать о свадьбе с Альбертом, как мама бросает резко.

— Пока домой не спеши. Тут скандал на все Вербное и свадьба. Представляешь? Олег напился. Ночью с тестем подрался, — скороговоркой сообщает она. — Бедные Света с Иваном. Такой позор для семьи. Хорошо, нам этот дебил не достался…

— Мам, пожалуйста, не надо о нем, — прошу, шмыгая носом. — Плехов уже в прошлом… Я… — снова пытаюсь сказать, но мама перебивает меня.

— Вот и хорошо, дочка. Дурной нрав все равно бы проявился. Я даже представить не могу, что было бы… Не зря отец так волновался…

— Мам, — пресекаю глупую беседу. И завидев, как в комнату заглядывает Лариса, прощаюсь. — Мам, тут меня зовут. Пока.

— Держись, дочка! — всхлипывает на прощанье мама, и связь прерывается.

— Можно? — напевает весело Лариса.

— Заходи, — улыбаюсь жене Сэма. — Помоги, пожалуйста, платье застегнуть, — поворачиваюсь спиной.

И пока Лара борется с тугой змейкой, думаю о родителях, Вербном и скандальной свадьбе Плехова.

«Ты хотел, чтобы твоя свадьба запомнилась всему поселку? — прикусываю губу. — Получи, дружок!»

Ни жалости, ни гнева не испытываю к человеку, предавшему меня. Пустое место, а не мужик. Носился со своим членом как с писаной торбой, совал куда попало. С.ка!

Вместе с Аленкой торжественно вхожу в кабинет пахана. Там уже мама в инвалидном кресле, Катерина с пачкой бумажных салфеток. Лара и Сэм.

Аленка нервно поправляет на шее фамильное бриллиантовое ожерелье, которое я ей надел перед выходом. И сразу из превратилась в королеву.