Книга Нина. Ожог сердца, страница 22 – Виктория Волкова

— Дамир, — выдыхаю в трубку и скрепя сердце пересказываю Манин бред. — Проверь, пожалуйста. А то мы тут все в ступоре. Не могла она пропасть. И уйти от нас не могла, — добавляю поспешно. — У нас нормальная семья. Мы любим друг друга.

Кошусь на детей. Сидят на кровати, как старички. Плечи опущены, в глазах пустота. Будто душу выбили в одночасье. Да я и сам такой.

Ну да ничего. Найдем. Перетрясу, на хер, все, но Нинку вызволю. Куда там она угодила? Да и сколько их там, тех Эмиратов? Меньше нашей области в два раза.

— Сейчас все проверю, Николай, — официально заявляет Илич. — Не отключайся, я созвонюсь с офисом генерала полиции.

— Сейчас все выяснится, — подмигиваю детям. — Наверняка Маня в разнос пошла. Вот я ей настучу по пустой голове, — добавляю шутливо, и дети мои робко улыбаются. Даже в глазах загорается слабый огонек надежды.

— Хмм… Николай, — откашливается Дамир. — Очень сожалею, но это не розыгрыш. Заявление подано час назад. Нина Зорина пропала в торговом центре. Он рядом с Мариоттом находится. Хамараин. Его сейчас обыскивают. Я подключаюсь. Как только будет что-то известно, позвоню тебе.

— Я прилечу, — прикрыв глаза, тру лоб и переносицу. Смотрю на зареванных детей и сам через силу держу себя в руках.

Стоять, Зорин. Тебе сейчас раскисать нельзя. Давай, мозги в кучу, волю в кулак, и полетел. Хоть на метле, сука. Но жену ты обязан найти и выцарапать. А еще прибить ту мразь, что покусилась на твою женщину.

— Пап, все так плохо? — глухо тянет Борька. Маленький пессимист.

— Не раскисай, — мотаю головой. — Уже наши люди подключились. Плюс сама полиция Дубая ищет. А там тоже не дураки служат. Найдем. Обязательно найдем, — увещеваю.

А сам прекрасно знаю статистику. Если в первые часы человек не нашелся, вероятность его найти стремительно падает к нулю. Но еще есть время. Сколько прошло, как Нина пропала? Часа два? Еще успеем найти по горячим следам.

Сейчас Дамир вмешается. Настоятельно попросит перекрыть город.

Найду я ее. Обязательно найду и еще по попе настучу, чтоб не смела от меня уезжать.

— Так. Я поехал, — одеваюсь поспешно. — Не реветь, слышите, мурзики? — снова обнимаю детей. — Я позвоню.

— Аккуратно, пап, — жалобно просит Борька, а Ирка, маленькая и веселая девочка, сидит и плачет. И я, сука, ее даже утешить не могу.

Что сказать? Недосмотрел. Отпустил за каким-то хером.

Уже из машины звоню шефу и напарникам.

Мне нужен шум, официоз. Чтобы у бл. дей, кто позарился на мою Нину, земля под ногами горела, чтоб, сука, сами вывели Нинку и на лавочку посадили бы где-нибудь в центре.

Но я их все равно найду.

Стараюсь не думать, что сделали с моей женой. Пока наверняка только опоили. Вот поэтому действовать надо незамедлительно.

Когда рейс на Дубай, сука? Надо проверить.

Уже на подъезде к управе звоню родителям. Сначала говорю с отцом. Батя у меня — кремень, редкий сплав камня и стали. Всю жизнь на оборонку пашет в своем НИИ. Эмоции умеет сдерживать и не теряет самообладания ни в каких ситуациях.

— Пап, у меня Нина пропала, — глухо роняю в трубку. — Ты можешь маму подготовить морально? Детей забрать надо, или с ними побыть.

— Понял. Сейчас заберем, — моментально решает отец. — А ты где, Коля?

— В управу еду, потом полечу за ней в Дубай. Там уже народ знает. Работают.