Книга Убийство в Кьянти, страница 9 – Камилла Тринкьери

— Я и близко не подходил к телу, а мои отпечатки есть в базе, в моем виде на жительство.

— Я не сомневаюсь в ваших словах, но тем не менее порядок есть порядок. Требование о проведении анализа ДНК довольно новое и, должен признать, полезное. Тот редкий случай, когда нововведение в Италии вносит меньше путаницы, а не больше. Что до ваших отпечатков, это сэкономит время – не придется ждать, пока нам, карабинерам, откроют доступ к базе вида на жительство. Оставьте собаку со мной, пожалуйста, возможно, она принесла что-то интересное на лапах и шерсти. Криминалисты и судмедэксперт уже в пути. Не забудьте, синьор Дойл, в четыре часа я жду вас в участке. Указатели в городе интуитивно понятные, у вас не возникнет сложностей найти нас.

Нико взглянул на пса. Тот, будто почуяв неладное, склонил голову набок.

— У меня нет для него поводка, – ему не хотелось отпускать Хвостика, – могу подождать, пока за ним приедут.

— Мы не можем позволить вам оставаться здесь, пока мы работаем. Не беспокойтесь, с ним будут обращаться бережно. – Перилло снял с пояса свою куртку и разложил ее на земле. – Кладите его сюда.

Нико послушно положил пса. Маршал быстро застегнул молнию, завязал рукава узлом и поднял сверток с собакой.

Хвостик выглянул из отверстия и тявкнул на Нико.

— Ступай домой, Альдо. Вы тоже, синьор Дойл.

Нико успел лишь почесать пса за ухом. Тот ответил громким обиженным лаем.

В половине двенадцатого Нико вошел в ресторан с противнем запеченных томатов. В полдень ресторан «Сотто иль Фико» («Под инжиром») открывался на обед.

— Buongiorno^[6], – поприветствовал Нико.

— Не для всех, как я слышала, – отозвалась Эльвира, свекровь Тильды, сидевшая в своем любимом кресле в глубине узкой гостиной, где располагался бар и несколько столиков. Но настоящей гордостью ресторана была просторная терраса на вершине холма с огромным инжиром в центре и безмятежным видом на лоскутное одеяло безупречно ровных виноградных рядов. Эльвира сидела в одном из своих семи домашних платьев – по одному на каждый день недели. Сегодняшнее было белое в красную и розовую клетку. Она была вдовой шестидесяти двух лет с крашеными волосами цвета воронова крыла, морщинистым лицом, из-за которого она выглядела старше своих лет, маленьким острым носом и пронзительными голубыми глазами, от которых, казалось, не ускользало ни одной детали. Рита прозвала ее «чайкой» за привычку кружить вокруг людей в поисках мелких сплетен.

— Бальзама? – предложил Энцо, сын Эльвиры и муж Тильды, стоявший за стойкой. Он потянулся за бутылкой граппы^[7]. У него было такое же угловатое лицо, как у матери, черные волосы с проседью, и он неизменно был одет в джинсы и футболку с эмблемой любимой флорентийской футбольной команды. Энцо налил граппу в маленькую стопку и протянул.

— Бедный Нико, выпей, это приведет тебя в чувство.

Значит, слух уже разошелся.

— Нет, спасибо, я в порядке.

— Я бы не был в порядке. – Энцо опрокинул стопку одним махом. – В Гравинье никого еще не убивали. – Он с тоской посмотрел на бутылку, но поставил ее обратно на полку. – Мир сошел с ума, люди убивают друг друга безо всякой причины. Эта страна тонет в дерьме, а теперь и в нашем лесу нашли труп.

— Уверен, убитый не был кем-то из твоих знакомых. – Из того, что Нико знал об этом городе, только Серджио Макки, мясник, владевший двумя ресторанами, был достаточно богат, чтобы позволить себе такие часы, но у него не было такого живота, как у покойного.