Книга Убийство в Кьянти, страница 6 – Камилла Тринкьери

— Хороший мальчик.

Господи, всего несколько часов назад какому-то человеку разнесли лицо, а он ведет себя как восьмилетний ребенок, которому мама принесла домой Тото. Нико поднял руку, приветствуя Альдо на заднем сиденье. Впереди сидели двое мужчин: белокурая голова водителя возвышалась над рулем, а голова другого пассажира была опущена.

Альдо вышел первым. Это был крупный мужчина немного за сорок, с круглым веселым лицом и брюхом, похожим на винную бочку. На нем были светло-коричневые брюки и ярко-зеленая футболка с фиолетовым логотипом его винодельни. Он помахал в ответ.

— Кто бы мог подумать, Сальваторе, что день начнется с убийства!

С пассажирского сиденья вышел темноволосый мужчина в светло-коричневой рубашке и джинсах. На поясе у него была повязана черная нейлоновая куртка.

— Убийство в моих руках, Альдо, твои пусть держат бокал.

Маршал направился к дому. Он сразу узнал американца: видел его в баре «Аль Анголо». Тогда он подумал, что это очередной турист, и не проявил к нему никакого интереса. Теперь же перед ним стоял крепкий мужчина за шестьдесят, как минимум на две головы выше маршала, с широкими плечами и редеющими седовато-каштановыми волосами. У него не было того открытого, оптимистичного взгляда, который он наблюдал у многих американцев – добрых, наивных людей, не умеющих разглядеть опасность, таких, которые носят кошельки и фотоаппараты так, что вору не составляет труда до них добраться, а потом приходят к карабинерам с надеждой в глазах. Надеждой, которую маршалу редко удавалось оправдать. Этот был не из тех, кто легко теряет бдительность. Лицо мужчины было непроницаемым, но в его глазах цвета заваренных чайных листьев светился ум. Интересно, случайный свидетель или нечто большее?

Сальваторе Перилло был лет сорок, ростом не выше метра семидесяти, с густой шевелюрой, настолько черной, что она казалась крашеной. Коренастая, мускулистая фигура, точеное лицо – красивое, с большими, выразительными глазами, пухлыми губами и орлиным носом. Лицо, которое Нико видел раньше, но не мог вспомнить где.

Мужчина улыбнулся.

— Сальваторе Перилло, маршал карабинеров. Простите, что без формы – времени не было.

Вблизи Нико разглядел, что волосы Перилло блестели слишком естественно, чтобы быть окрашенными.

Маршал протянул руку.

— Рад знакомству.

Нико едва сдержал реплику: «Сомнительное удовольствие», но вежливо пожал руку.

— Нико Дойл.

Рукопожатие Перилло было крепким, как хватка. Нико сжал его руку в ответ. Маршал кивнул, словно признавая ничью, а затем убрал руку.

— У меня есть к вам вопросы, но, простите, мой английский не слишком хорош.

Альдо вмешался прежде, чем Нико успел ответить:

— У Нико отличный итальянский. Бабушка – итальянка, мать – американка итальянского происхождения, жена – тосканка. Только акцент американский. – Он ухмыльнулся, по-видимому радуясь возможности поделиться информацией, которой не располагал маршал. Нико узнал тот гордый тон, которым Альдо обычно объяснял тайны виноделия туристам, приезжавшим целыми автобусами на его виноградники.

Тот факт, что Нико довольно свободно говорил на итальянском, не произвел на Перилло никакого видимого впечатления.

— А отец? – спросил маршал по-итальянски.

— Ирландец, – ответил Нико.

— Взрывоопасное сочетание, как мне говорили. – У маршала был сильный южный акцент.