Книга Я и баб(к)а, я и маг, страница 28 – Дарья Гусина, Антонина Циль

Молька фыркнула и по-хозяйски подвинула к себе блюдо с пирогом. Я непроизвольно втянула его запах носом. Лучше бы я этого не делала. Пирог с мясом и зеленью выглядел так, будто сам дьявол испёк мне в наказание: из-под румяной, маслянистой корочки сочился прозрачный сок, а из разлома торчали нежные кусочки мяса, присыпанные зеленью.

Внутри всё переворачивалось от желания взять хотя бы кусочек, но я упрямо отводила взгляд. Углеводы — это мгновенный скачок сахара, инсулиновые качели, потенциальные жировые отложения. Я решила: по крайней мере сегодня — без выпечки. Мясо и овощи. И хотя женщинам без углеводов тоже нельзя, попробую разгрузить тело, лишив его на какое-то время мучного, крахмалистого и сладкого.

Рулька была хороша. Тушёная кислая капуста никогда не была моим любимым блюдом, но со специями — я различила красный перец, кориандр и тмин — блюдо зашло на ура. Тем более что у меня с собой была лучшая приправа — голод.

Прогулка взбодрила, и аппетит разыгрался не на шутку. Однако у меня с трудом получалось подавить желание выпить. Пусть не вина, но чего-то сладкого. Сейчас. Срочно! Перед глазами замелькали образы из рекламы: бокалы с шипящей кока-колой, молочные коктейли со сладким сиропом. Организм требовал сахара. Внутри свербело все сильнее. «Сладенького! И немедленно!» — просило тело.

Уф! Надо это выдержать. Позже станет легче. И ещё нужно хорошо поесть. Рулька — то что надо. Это раньше считалось, что от жира мы жиреем. Сейчас он реабилитирован. Главное, не употреблять его с углеводами.

Молька, которая только что хвасталась, что съест весь пирог, слопала три небольших кусочка и теперь ковыряла начинку пальцем.

— Ты же ещё сосиски просила?

— Не-е… — глаза у ребёнка закрывались от сытости. — Давай пирог с собой заберём.

— Конечно заберём.

— И сосиски?

— Куда же мы без них.

Молька успокоилась и перебралась на широкий деревянный подоконник. Там она рассматривала прохожих, пока не заснула, подложив ладони под щёку. Я накрыла её своей шалью, продолжая изучать посетителей и доедать мясо.

Заметила, как за столик под фонарём посреди зала усаживается группа из четырёх человек… гномов? Похоже, я только что встретила здесь альтернативную расу. Ну почему бы нет? Если где-то живут горные тролли, почему бы им не соседствовать с подгорными гномами? Или равнинными гномами? Молька спит, и не у кого попросить о консультации.

Рост самого высокого маленького мужчины не превышал полутора метров. На гостях была вполне себе городская одежда: добротные куртки, жилеты, чистые широкие штаны со множеством карманов. Один, рыжебородый, щеголял в очках с медной оправой. У всех пальцы были окрашены в чёрный, как если бы они работали с металлом.

— Скобянщики пожаловали, — разносчица Тирра забрала у меня пустую тарелку из-под капусты и устало проговорила. — Эти до утра засидятся.

Я посочувствовала ей вслух, и Тирра удивлённо на меня поглядела, чуть отстранясь, словно прикидывая, я ли это. Похоже, толстая Вель особой эмпатией не отличалась. Хотя Тирра была со мной любезна. Впрочем, она была любезна со всеми. Даже со скобянщиками, которые тут же забросали её заказами. И как она их запоминала без записей?

Напротив меня на пустой стул внезапно плюхнулся… типичный представитель маргинального сообщества. Будь я сейчас в своём мире, я бы решила, что передо мной забулдыга Эдик из соседнего дома: заношенная куртка, разбитые вдрызг ботинки и драные снизу брюки на подтяжках. Коричневая от попоек морда, глаза-щёлочки в набрякших веках. Со временем все пропитые насквозь мужики становятся на одно лицо. Бабы тоже.